История Испании. Том I полностью

В каждом цехе имелись ученики (aprendices), подмастерья (oficiales) и мастера (maestres). Срок ученичества длился несколько лет, причем за обучение платилась определенная сумма мастеру. Подмастерья жили с мастером, как если бы они были членами одной семьи. Подмастерья получали незначительную заработную плату, так как развитие ремесла не позволяло ее увеличить. Но они по крайней мере были обеспечены столом и жилищем. Подмастерье мог стать мастером после сдачи особых испытаний. Существовал обычай расселения ремесленников определенных цехов в пределах особых улиц или кварталов. Именно поэтому некоторые улицы во многих испанских городах до сих пор сохраняют старинные названия улиц ювелиров, кузнецов, цирюльников и т. д.

Среди ремесленников было немало иностранцев, мавров и евреев. Последние уделяли особенно много внимания ювелирному делу. Мудехары во всех отраслях производства играли первостепенную роль.

Торговля. Две области, которые, по-видимому, раньше всех начали вести торговлю с другими странами, были Галисия и восточная часть Кантабрии (Баскские земли). Моряки кантабрийского побережья в эпоху крестовых походов поддерживали торговые связи с портами Северной Европы и Англии и вывозили в эти страны товары из Кастилии, Наварры и Арагона.

Испанские вина издавна высоко ценились в Европе. В середине XIII в. (1254 г.) уже заключались в таможнях Фландрии и Германии торговые соглашения о ввозе испанских товаров.

После завоевания Севильи не менее активную торговлю стали вести и через южные порты. Фернандо III предоставил жителям квартала Франкос, купцам право свободно покупать и продавать свои товары и способствовал учреждению торговых бирж с инспекторами, назначавшимися короной. Создание морского флота Фернандо III и постройка судоверфей в Севилье и других пунктах в немалой степени способствовали росту торгового флота, основы испанской внешней торговли.

Внутренняя торговля все еще парализовалась многообразными провозными пошлинами, которые взимали сеньоры и короли, торговыми привилегиями монастырей и дворян и бесчинствами разбойничьих банд. Короли предпринимали меры для устранения этих помех. Они отменяли некоторые пошлины и сборы, вели борьбу с разбойниками, опираясь на помощь военных орденов и эрмандад вольных городов, и открывали ярмарки в крупных городах в определенное время года, с тем чтобы купцы и покупатели из различных мест страны могли собираться в определенных пунктах. Подобная мера была в те времена необходима не только для того, чтобы облегчить торговые операции непосредственно на рынке, но и создать гарантии безопасности при передвижении на больших дорогах. Естественно, что купцы подвергались меньшему риску, когда путешествовали большими группами, направляясь в определенное время на ярмарки. Как общее правило, участникам ярмарок, как христианам, так и маврам, и евреям, предоставлялись чрезвычайные привилегии и гарантии.

В VIII–X вв. в христианских королевствах торговые сделки совершались главным образом путем натурального обмена. С расширением международных отношений усилилось денежное обращение; деньги были, как правило, иностранного происхождения мавританские добли, меткали, флорины, которые попадали в обращение через иноземных купцов или благодаря периодическому поступлению дани и податей от мавров. Известно, что короли Леона имели собственную монету уже в 1020 г., однако в большом количестве монету стали чеканить в Кастилии лишь после взятия Толедо, в конце XI в. Эти монеты со знаком креста и монограммой Христа чеканились по образцу альморавидских монет (морабити). В правление Фернандо II Леонского и Альфонса IX чеканились золотые монеты(maravedises). Альфонс VIII не только принял в качестве образца альморавидские динары, но и чеканил свои деньги (так называемые динары-альфонси) с арабской легендой. Золотая монета называлась также мискаль. Через некоторое время на обратной стороне монеты появляется изображение замка (герб Кастилии); когда Кастилия и Леон объединились, на одной стороне монеты изображается замок, а на другой — лев (герб Леона). Чеканка монет была особой прерогативой короля, который имел свой монетный двор. Однако известно, что собору в Сантьяго и различным монастырям на правах чрезвычайного пожалования разрешалась чеканка собственной монеты.