История испанской инквизиции полностью

Обычное представление о том, что обратное завоевание Пиренейского полуострова испанцами — так называемая реконкиста — сопровождалось, как всякая священная, религиозная война, страшным проявлением фанатизма, в настоящее время должно быть совершенно оставлено. Правда, как со стороны мавров, так и со стороны христиан было проявлено немало жестокостей, и нередко все взрослое мужское население какой-либо местности поголовно предавалось смерти, а женщины и дети отдавались в рабство; часто также победитель огнем и мечом уничтожал целые селения и города, внушавшие ему по той или иной причине какое-либо подозрение. Но не этими жестокими приемами, свойственными, впрочем, далеко не одной лишь священной войне, характеризуется реконкиста. Для ее правильной оценки важны не отдельные проявления грубого фанатизма, не спорадические вспышки гнева того или иного короля, не разрозненные, а потому и непоследовательные действия некоторых полусамостоятельных полководцев-феодалов, а общие принципы и начала, которыми руководствовались испанские короли. В этом отношении реконкиста отличалась большой веротерпимостью, и победоносное шествие христиан с севера на юг, из Астурии в Гранаду, нередко сочеталось с гарантиями покоренным маврам личной неприкосновенности, имущественной безопасности и религиозной свободы.

В раннем Средневековье не замечалось особой религиозной вражды между маврами и христианами. Испанские баллады IX и X веков рисуют арабов как достойных врагов, с которыми воевать не должно быть стыдно ни одному испанскому гранду, и даже побежденные мавры не вызывают к себе чувства презрения. Сын сестры короля Альфонсо I, легендарный Бернардо дель Карпио, когда Альфонсо его обидел, не остановился перед тем, чтобы отправиться в мусульманскую Гранаду, воевать вместе с арабами против франков и принимать участие в устраиваемых эмирами турнирах.

Сам Альфонсо, прозванный за свою религиозность Католиком, вступил в брак с пленной мусульманкой; от этого брака у него родился сын Маурегато, который правил с 788 по 789 год. Альфонсо следовал в данном случае примеру эмира Абделазиса, который в 712 году женился на Эгилоне, вдовствующей королеве последнего вестготского короля Родериха, погибшего в 711 году в битве с арабами близ Кадиса.

Весьма важны общественные отношения, которые устанавливались между победителями-христианами и побежденными маврами на основании специальных договоров. Одним из первых таких договоров была капитуляционная грамота от 1038 года, в которой христианский король отказывается от взгляда на побежденных мусульман как на людей, подлежащих немедленному истреблению или обращению в рабство; они становятся обычными подданными, обязанными платить подать в королевскую казну.

В 1085 году Альфонсо XI при взятии Толедо дал покоренному городу особую хартию, в которой имелись гарантии относительно владения собственностью, отправления богослужения и внутреннего самоуправления; особо упоминалось о предоставлении мусульманам в пользование самой большой мечети города. Когда после ухода короля из Толедо французский аббат Бернар, опираясь на помощь бургундской королевы, вздумал превратить толедскую мечеть в церковь, Альфонсо поспешил обратно и стал угрожать смертью как аббату, так и королеве. Сами мавры удерживали его от чрезмерных репрессий в отношении христиан, виновных в нарушении королевской хартии; мавры боялись, как бы месть Альфонсо не вызвала раздражения среди христианского населения, которое потом могло бы отомстить мусульманам за причиненные ему обиды. Альфонсо XI называл себя даже императором обеих религий — Emperador de los dos cultos.

Яков (Хайме) I (1208—1276), который всецело посвятил себя делу реконкисты, как об этом свидетельствует его прозвище el Conquistador, придерживался, тем не менее по отношению к покоренным маврам умеренной политики. В капитуляционном акте Валенсии от 28 сентября 1238 года особо подчеркивается, что сдача города происходит при условии личной и имущественной безопасности мусульман.

Многочисленные хартии того времени единодушно свидетельствуют, что испанские короли не делали большой разницы между покоренными мусульманами и христианами. Признавшие над собою власть христианского короля мавры становились его подданными под названием mudéjares (мудехары) и пользовались теми же правами, какими при покорении Испании арабами пользовались христиане, звавшиеся mozárabes (мосарабы).

Даже Фердинанд II, тоже прозванный Католиком, и его жена Изабелла Кастильская при взятии в январе 1492 года города Гранады предоставили маврам большие льготы, а когда католическое духовенство потребовало обложения покоренного населения специальной церковной податью, королевская чета обратилась с жалобой к папе Сиксту IV, и папа пошел навстречу желанию монархов.