История иудаизма полностью

К XV веку философский подход к религиозным идеям стал, таким образом, вполне естественным для многих евреев, хотя баланс между авторитетом логических рассуждений и божественного откровения оставался постоянным камнем преткновения. Так, испанский раввин второй половины XV века Ицхак Арама перенял из христианских проповедей практику изложения философских идей в еженедельных проповедях в синагоге, приуроченных к соответствующей недельной главе Торы. Популяризируя философские идеи для широкой аудитории, он использовал соответствующие раввинистические тексты и умело прибегал к аллегориям. Например, стих «В начале сотворил Бог небо и землю» он объяснял следующим образом: «В самом начале Бог произвел небеса и землю из абсолютного небытия. Слово „небеса“[129] указывает на две составных части: духовный мир (разумы), которые нужно было создать первыми, и материю небесных сфер, находившуюся ближе всего к Богу в ходе творения».

Вместе с тем сам Арама не питал безграничной веры в могущество человеческого разума, ведь из Библии ему было прекрасно известно, что древо познания в Эдемском саду даровало познание не только добра, но и зла. По мнению Арамы, человеческий разум в сочетании с верой может сделать много добра, но, выплеснувшись за границы веры, будет неизбежно склоняться ко злу. «Истинной наукой» Арама считал не философию, а каббалу. Он одним из первых среди комментаторов Торы использовал на правах классического источника «Зоѓар» — важнейший текст средневековых иудейских мистиков, возглавивших оппозицию философскому рационализму [40].

Где же средневековые евреи, занятые скрупулезным соблюдением ѓалахических правил, уставшие от философского рационализма, запутавшиеся в схоластических аргументах талмудистов, могли обрести чувство трансцендентности божественного? Воздушная архитектура кордовской Мескиты наполняла религиозным трепетом мусульман, а великолепные соборы Северной Европы — христиан, но в религиозной жизни евреев не было архитектурного аналога этих сооружений: ведь средневековые еврейские общины были маленькими и попросту не нуждались в огромных синагогах, а во многих случаях христианские власти еще и накладывали ограничения на высоту еврейских зданий: они не должны были быть выше стоящих рядом церквей. Те евреи, кто имел возможность тратиться на религиозное строительство, расточали средства на украшение интерьера. Так, синагога Вормса, основанная в 1034 году купеческой общиной, процветавшей под королевским покровительством и давшей иудаизму целый ряд выдающихся знатоков ѓалахи, оставалась в плане простым прямоугольником даже после того, как в конце XII века ее внутреннее пространство было изменено: появились два боковых нефа, образованные романскими колоннами, похожими на колонны строившегося в то же время Вормсского кафедрального собора. Подобные здания должны были придавать торжественность общинным собраниям, которые в Средневековье даже по вопросам, не связанным с религией, все чаще проводились в синагоге; но их архитектура не была призвана возвышать дух. Исключением была великолепная Староновая синагога в Праге — величественное двухнефное здание готической архитектуры, построенное в 1270 году по образцу христианских церквей того времени и используемое до сих пор [41].

Некоторые средневековые евреи — как и некоторые средневековые христиане — обретали чувство трансцендентного в мистических размышлениях, хотя, как будет показано далее, в течение всего Средневековья подобный мистицизм процветал лишь в узких кругах. Уже в талмудический период мистики размышляли о природе божественного царства, как мы уже знаем на примере литературы ѓейхалот (глава 11), однако лишь в последние десятилетия XIII века, с распространением незаурядного труда под названием «Зоѓар» («Сияние»), мистицизм стал играть все более важную роль в общинной литургии и молитвах, а также проникать во все остальные сферы еврейской религиозной жизни (в том числе и в ѓалаху). Структурно «Зоѓар» представляет собой сборник из двадцати или около того разрозненных трактатов; автор книги, знакомый с арамейским, разработал на его основе искусственный язык, который должен был звучать внушительно и возвышенно. Книга «Зоѓар» вывела на передний план еврейской религиозной мысли мистическое богословие, в котором библейские повествования выступают символическим отображением божественного мира, а мир объясняется как совокупность божественных эманаций, исходящих от сокрытого Бога.

Если судить о «Зоѓаре» по тексту самой книги, он заключает в себе мистическое богословие, более авторитетное, чем сама ѓалаха, ибо оно основано непосредственно на Писании, точнее, на его истолковании мудрецом II века Шимоном бар Йохаем. Шимон, живший в Палестине во времена Бар-Кохбы, как считалось, семь лет скрывался в пещере от римлян и якобы написал «Зоѓар» по вдохновению, полученному от пророка Элияѓу, открыв возвышенные истины: