В изречениях Бааль-Шем-Това, записанных Яаковом-Йосефом и сохранившихся в позднейшей традиции, содержатся предостережения против излишней аскезы и постов и утверждается, что каждый способен служить Богу посредством радости. Бог присутствует во всех вещах.
Демократизм нового движения, несомненно, способствовал его популярности, однако в первую очередь слава Бааль-Шем-Това зиждилась, конечно, на историях о совершенных им чудесах. Сборники
Однажды долго не было дождя. Язычники вынесли идолов и обнесли деревню по своему обычаю, но дождь не пошел. Бешт сказал арендатору[152]: «Пусть евреи всей округи соберутся, чтобы составился
Легендарные элементы в этой истории очевидны, но, как и Доктор Фальк — Бааль-Шем из Лондона, — Исраэль бен Элиэзер был широко известен и в нееврейских кругах. В польских податных реестрах за 1742 год владелец дома возле синагоги в Меджибоже назван «Бааль-Шем в доме кагала», за 1758 год — как «Бааль-Шем», а надпись за 1760 год гласит: «Бааль-Шем, доктор, от подати освобожден». Как и Доктор Фальк, Исраэль бен Элиэзер не делал секрета из своего целительства и гордо подписывался: «Исраэль Бааль-Шем из Тлусте» [57].
Слава Бааль-Шем-Това далеко перешагнула границы Подолья и Волыни, где он жил, и в многочисленных историях он предстает неутомимым путешественником, встречающимся с людьми всякого рода. При этом общается он либо один на один, либо лишь с небольшими группами людей: в синагогах он не проповедовал, школы не основал, и после его смерти в 1760 году было неясно, что станет с его наследием. О его незаурядной репутации и харизме говорит то, что Дов-Бер из Межерича, который встречался с Бааль-Шем-Товом лишь дважды, посвятил всю дальнейшую жизнь распространению воззрений своего учителя, предостерегавшего, между прочим, против того самого крайнего аскетизма, который Дов-Бер практиковал немалую часть жизни.
