Эта книга посвящена шестнадцати жизням одного из величайших буддийских учителей – Ламы Кармапы, «царя йогинов Тибета».Сознательно воплощаясь для блага существ, Кармапы с XII века возглавляют буддийскую традицию Карма Кагью. Их биографии, приведенные здесь, на основе тибетских летописей составил Четвертый Карма Тринле, современный лама и ученый.Книгу предваряет вдохновляющий рассказ о Его Святейшестве Шестнадцатом Кармапе Рангджунге Ригпе Дордже (1924–1981) и о том, как учение школы Кагью начало проникать в современный западный мир. Автор предисловия – Оле Нидал, первый лама-европеец, мастер медитации, один из ближайших учеников Шестнадцатого Кармапы.Пояснительная статья написана другим европейским учителем этой школы – Ламой Джампой Тхае.
THE HISTORY
OF THE SIXTEEN
KARMAPAS OF TIBET
Karma Thinley
The Fourth Karma Thinleypa
Prajna Press
BOULDER
ИСТОРИЯ КАРМАП ТИБЕТА
Карма Тринле
(Четвертый Карма Тринле Ринпоче)
В мире, где религии диктуют людям, что думать, буддизм действует освежающе. Он не требует верить, но предлагает проверять учения, работать с ними в жизни и анализировать результаты этой работы. Поэтому он предназначен для независимых, сильных людей, которые к тому же никогда не обратятся ни к какой другой религии.
Нам с моей милой женой Ханной выпала честь встретиться с некоторыми из самых удивительных учителей буддийской медитации, лам и йогинов. Главный среди них – Шестнадцатый Кармапа Рангджунг Ригпе Дордже. Он произвел на нас такое впечатление, что сначала мы остались в Гималаях на три с половиной года. После того как мы получили там буддийское образование, учителя отправили нас домой, желая посмотреть, что мы сможем сделать на Западе. В результате по всему миру появилось уже 600 центров медитации, так что я сказал бы, что наша работа действительно оказалась успешной.
Наше соприкосновение с тибетской культурой было уникально близким. Оно произошло еще до большого наплыва европейцев, до того как эта цивилизация стала относительно доступной. Такой возможности, как у нас, с тех пор не было ни у кого.
Впервые мы услышали о Шестнадцатом Кармапе в 1967 году, во время поездки по Непалу. Мы тогда поднялись к ступе на Сваямбху, которую в народе называют Обезьяньим храмом. Сваямбху – это гора полукруглой формы перед Катманду. Мы пришли туда с молодым ламой по имени Пюнцог, и он отвел нас на самый верх храма, куда обычно не ходят. Там он стал твердить нам: «Кармапа, Кармапа». Он повторил это имя много раз и дал нам защитные бусы из 108 жемчужин.
Еще он подарил нам круглый значок, который накалывается иголкой на одежду, – на нем был изображен господин плотного телосложения в черной короне. При этом Пюнцог не переставал говорить: «Кармапа, Кармапа».
Первая встреча с Кармапой была совершенно необычной.
Мы к ней вовсе не готовились и не подозревали, что он будет там, куда мы приедем. Но на протяжении всего нашего пути происходило нечто странное. Мы ехали на старом потрепанном автобусе «фольксваген» через Восточную Европу и мусульманские страны, которые тогда еще не совсем сошли с ума, затем – через Индию и Непал, и всю дорогу в затылке – или, может быть, в животе или в сердце – звучал голос: «Мы скоро приедем, скоро приедем». Я думал: «Что это значит? Куда приедем? Что за напасть? Выключите пластинку», – но эта мысль не уходила. Проехав предгорья и вкатившись в долину Катманду, мы сразу оказались на так называемой Новой Дороге. Тогда, в 1968–1969 годах, там еще не существовало гостиниц и других примет современной цивилизации – то был въезд в средневековый Катманду.
У дороги стояли наши друзья, с которыми мы веселились ночи напролет в свои предыдущие приезды, и я подумал: «Что это они здесь делают, зачем они здесь стоят, как будто знали, что мы приедем?» Нас точно никто не обгонял – я это знал, поскольку вел машину. И сами мы никому не звонили.
Однако центром их внимания были вовсе не мы. Теперь все вокруг твердили: «Кармапа, Кармапа», и мы ощутили что-то необычное, какое-то силовое поле. Оказалось, Кармапа проехал по этой Новой Дороге пятью минутами раньше нас. Так, ничего не планируя, мы очутились в нужное время в нужном месте, для того чтобы эта встреча оказалась возможной: ведь
Кармапа впервые за тринадцать лет выехал за пределы зон с ограниченным доступом, в которых он обычно жил и которыми индийцы ограждали Гималаи от иностранцев.
Собственно, мы хотели видеть вовсе не Кармапу, а нашего первого ламу по имени Лопён Цечу. Он был прекрасным учителем и с 1984 года до своей кончины в 2003 году очень много путешествовал и учил на Западе. Но в тот приезд, когда бы мы к нему ни приходили, нам говорили: «Он у Кармапы». Кармапа был в том храме наверху. Однажды мы туда поднялись, и там все и произошло. Поднимаясь, мы видели, что весь холм усыпан тибетцами в лучших праздничных одеждах: взгляды их были устремлены вверх, и ничто другое их не интересовало. Они были как будто не в себе, как будто поражены чем-то.
