После заключенного Москвой и Турцией договора начиналась война с Польшей. Казаки, несмотря на свое бедственное положение, в отписке московскому царю «мы пеши и безконны, и мы по юртам на зиму сели», отправили в состав московских войск 8000 казаков. Московские войска приблизились к Смоленску, но воевода Пожарский заболел, оставил войска и уехал в Калугу. Гетман Лисовский двинулся вглубь московских владений, проник до Переяславля-Рязанского, Тулы, Серпухова, Алексина, захватывая и сжигая города. Против него было послано несколько воевод, но они перехватить его не могли, и он благополучно возвратился в Литву. На отдаленном севере московских владений действовали запорожские казаки. Такой войны, – как говорит летописец, – от начала мира не было. Не понимали русские люди, куда и как пробирались черкесы. Они появились в вологодской земле, заняв и разрушив Вологду, пошли на поморские города, воевали Вагу и тотемские и устюженские места, потом пошли в двинскую землю, к морю, и вышли в новгородский уезд, к Сумскому Острогу. Нигде не могли остановить их, и только в заонежских погостах их много побили, а олончане добили последних.
В Польшу снова было послано посольство, опять ни к чему не приведшее. Поляки узнали о выборе царя Михаила, и Сапега, в доме которого жил Филарет, заявил ему: «Нам известно, что сына твоего на престол посадили казаки». Поляки грозили походом на Москву, чтобы посадить на престол Владислава. Новгород был в руках шведов, и они тоже напоминали русским о кандидатуре своего царевича. На заявление русских, что на Руси есть царь, «избранный по Божью благоволению и согласием всей земли», Делегарди отвечал: «Царь Михаил посажен на престол казачьими саблями». Переговоры со шведами кончились вечным миром, и шведы обязывались очистить Новгород, Старую Русу, Порхов с его уездами и Сумирскую область. Царь Михаил Федорович отказывался от притязаний на литовские области и Корелу и от титула на них в пользу шведского короля.
В августе 1615 года в Турцию снова было послано посольство с предложением султану Сулейману, чтобы он послал крымского хана войной на Польшу и чтобы запретил крымцам нападать на московские земли. Это посольство прибыло в Крым, когда донские казаки вели войну с крымцами. В то время когда послы были в Азове, татары привели шесть пленных донских казаков с атаманом Матвеем Листниковым. Татары подвергали атамана страшным пыткам, вырезая ремни из спины, а атаман переносил пытки, но не отвечал на вопросы татар. Азовский паша говорил послам: «Добро бы вам донских казаков помирить с азовцами, казаки нам, азовцам, чинять тесноту и вред большой, становятся они нам хуже жидов, а если казаков с азовцами не помирите, то мы всем городом отпишем султану и вам к нему приезжать не к чести…» (Соловьев, т. 8, с. 1097.)
Послы прибыли в Константинополь и были приняты с почетом, но честь продолжалась недолго. Казаки напали на Азов и двенадцать дней держали его в осаде. Визирь обвинял послов, что они «пришли к государю не с добрым делом, а с обманом…». Послы отвечали, что они не ответственны за казаков, которые живут на своей воле и не состоят в подданстве царя. Но турецкому правительству было известно, что московские послы, проезжая Доном, привезли казакам «жалованье» московского царя, и отказ московских послов от казаков не был принят во внимание.
В то же время были получены сведения, что донские казаки на челнах появились у Синопа, взяли его, сожгли, людей побили и в плен многих забрали. Визирь говорил послам: «Если я скажу государю о казачьих делах, то вам добра не будет. Государь наш, узнав о нападении казаков, велит послать на вашу землю татар войною, и какая вашему государю прибыль будет?» Послы отвечали, что азовцы и крымцы не дают жить казакам и нападают на их землю. То есть снова польская политика сталкивалась в Турции с московской, и каждая сторона старалась привлечь к себе султана, но той и другой мешали казаки.
С Польшей велись постоянные стычки в пограничной полосе. После прерванных переговоров в 1616 году царь приказал войскам идти воевать литовскую землю. Бутурлин и Скуратов с войсками осадили Смоленск, и на помощь осажденным полякам прибыл Гонсевский, который занял путь между Смоленском и Москвой, прекратив снабжение московских войск. Польские войска с королевичем Владиславом вторглись в пределы Москвы, и московские войска, несмотря на подошедшую помощь, должны были отступить внутрь страны. Началась война, принятая королем Сигизмундом и утвержденная сенатом, с целью добиться силою престола для Владислава.
