Вопрос о происхождении арсиев остаётся неразрешенным. Чаще всего их связывают с древними аорсами, остатки которых принимали участие в сложении осетинского народа на Кавказе и, вместе с тем, в хазарское время были представлены салтовской культурой (асии). Однако главная часть аорсов жила восточнее Каспийского моря. По сообщению Страбона, асии совместно с пасианами, тохарами и сакараулами захватили Бактрию[1364]. В дальнейшем они (ар-си) входили в состав Парфии и, кажется, занимали в ней руководящее положение (династия Арсакидов)[1365]. В китайских источниках Парфия носила название Аньси[1366]. В Восточном Туркестане археологическими раскопками было открыто много документов, которые после дешифровки позволили сделать заключение, что оставивший их народ назывался арси. Их язык оказался близким к западной группе европейских языков, т. е. кельтскому, латинскому и др. В Хотане были обнаружены документы на языке восточно-иранской группы. Полагают, что ар-си было народным именем юэчжи, а Франке и самоё китайское наименование юэчжей транскрибирует как ар-си[1367]. В кушанское время в горах Копет-Дага кочевало племя ahc, а ещё позже в составе половцев Шемс-ад-дин Димашки упоминает племя ал-арс. Вполне возможно, что какая-то часть этого древнего народа, скорее всего обитавшая в Туркмении, после арабского завоевания и принятия ислама в силу тех или иных причин переселилась в Хазарию и вступила на службу хазарскому царю.
У Бируни имеется сообщение, что асы или аланы ранее жили вместе с печенегами по нижнему течению Аму-Дарьи, а затем после того, как эта река изменила своё русло, переселились на берега Хазарского моря. Далее этот автор замечает, что язык этих асов — алан состоит из печенежских и хорезмийских языков[1368]. Ряд исследователей считает, что в этом сообщении имеется в виду первое появление алан в Европе и в связи с этим ставится вопрос о степени сходства хорезмийского и осетинского языков. Более вероятным, однако, представляется полагать, что в этом известии говорится о переселении в Хазарию ал-арсиев, язык которых действительно мог быть смешанным из иранских и тюркских элементов, т. е. иными словами представлял собою незавершённый процесс переходя от языка иранской семьи к тюркскому языку.
Согласно Масуди, 7 тысяч арсиев хорошо вооружённых — в нагрудниках, кольчугах, шлемах, с копьями и стрелами — входили в состав царского войска. Арсии служили царю хазар на определённых условиях, а именно, они выговорили себе полную свободу в отправлении своей религии, право не сражаться с единоверцами — мусульманами — и иметь в качестве везира при царе своего представителя[1369].
Во время войны постоянное войско составляло ядро армии, образованной из отрядов, выставленных вассалами и союзниками хазар, и в ряде случаев достигавшей сотни тысяч человек. Гардизи сообщает, что, отправляясь в поход, каждый хазарский воин берёт с собой заострённый кол определённой величины. При разбивке лагеря из этих кольев сооружается ограда, усиленная щитами[1370]. Когда во главе армии становится царь, то перед ним везут диск в виде барабана, блеск которого видит вся армия и следует за ним (Ибн Русте)[1371].
Арабские писатели согласно отмечают весьма странную структуру верховной власти у хазар[1372]. Во главе их стоял каган, пользовавшийся величайшим почётом, но не обладавший никакой властью. Он был только номинальным главой государства, реальная же власть была сосредоточена в руках царя, которого одни писатели называют «ильк» — первый, другие — «иша» или «бек» — титулами, соответствующими тюркютским «шад» и «бек», третьи — «малик» — царь или «малик-хазар», четвёртые, наконец, именуют так же, как и верховного главу, — каганом, каган-беком или тархан-каганом[1373].
Верховный каган хазар находился в постоянном затворничестве в своём дворце, который был выше дворца царя. У него был золотой трон с балдахином. Сам царь входил к нему не иначе как босыми ногами, держа в руках кусок зажжённого дерева для очищения. Он падал ниц перед каганом и оставался в отдалении от него, пока не получал разрешения приблизиться. Кроме царя, к кагану допускались кендер-каган и чаушиар (привратник) — два сановника, то словам Шемс-ад-дина Димашки, равные по достоинству царю. Народу каган показывался очень редко — раз в четыре месяца — и то в сопровождении всего войска, которое, однако, двигалось за ним на расстоянии целой мили. Встречные должны были падать ниц и поднимались не раньше, чем он скрывался из виду, так что, в сущности, каган оставался невидимым для народа. Во дворце кагана находился обширный гарем. По установленному обычаю он имел 25 жён, являвшихся дочерьми вассальных государей, которых брали сюда волей или неволей. Кроме того, у него было 60 наложниц, каждая из которых жила в отдельной комнате, к каждой был приставлен особый евнух[1374].