В новой книге Василия Горчакова представлена полная история жанравестерн за последние 60 лет, начиная с 60-х годов прошлого века и заканчивая фильмами нового времени. В книге собрано около 1000 аннотированных названий кинокартин, снятых в Америке, Европе и других странах. «Жанр живет. Фильмы продолжают сниматься, причем не только в США и Италии. Другие страны стремятся внести свою лепту, оживить жанр, улучшить, заставить идти в ногу со временем. Так возникают неожиданные и до той поры невиданные симбиозы с другими жанрами – ужасов, психологического триллера, фантастики. Иногда получается лучше, иногда хуже – но есть движение, поиск, жизнь… Все мы с нетерпением ждем выхода на экраны подзадержавшегося из-за коронавируса фильма Мартина Скорсезе «Убийцы Цветочной Луны» с Ди Каприо и Де Ниро. И не только – ведь в одних лишь США в 2021 году будет снято двенадцать вестернов!» В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Посвящается Алеку Болдуину, замечательному человеку и актеру, которому довелось убедиться, что сниматься в вестерне все равно что жить на Диком Западе.
Маленькое историческое предисловие, в котором автор книги считает нужным сказать о том, что было до того, как пришло видео…
Фильм Эдвина С. Портера «Великое ограбление поезда» (1903) заложил основы вестерна – стал неким его эталоном. Портер с самого начала предложил «джентльменский набор» элементов, которые затем использовались всеми его последователями: злодеев, творящих свои темные дела, преследуют и побеждают хорошие парни на горячих жеребцах с кольтами и винчестерами в руках. Картина одного из пионеров кино США Сесиля Б. ДеМилля «Муж индианки» (1914), первая крупная лента, поставленная в Голливуде, была также и первым полнометражным вестерном. Славившийся своим умением устраивать красочные представления, ДеМилль заполнил экран индейцами, конокрадами, злодеями, драчунами из салуна. Его успех заставил и других режиссеров следовать той же формуле. Так постепенно классический вестерн обрел лицо: острый и лихо закрученный сюжет, прямолинейный конфликт между добром и злом, незатейливые герои, излучающие мужскую силу, отвагу, преданность. Женщины просты, честны и верны, в то время как злодеи, все без исключения, жестоки и аморальны. Среди второстепенных персонажей – жители городка, завсегдатаи баров и время от времени – одна-две комические фигуры.
Интересен сам момент возникновения «мифологии Запада». В истории каждого народа есть периоды, рождающие наибольшее количество легенд и мифов. Катализатором интереса к Дикому Западу в 1865–1890 годах послужил «десятицентовый роман», дешевенькие изданьица, раздувавшие до невероятных размеров деяния героев Запада. Золотые денечки злодеев и ковбоев длились недолго (лет тридцать самое большее). Однако авторы бульварных книжек навсегда врезали в сознание своих наивных читателей, что это был поистине райский век Дикого Запада, когда жизнь протекала невероятно интересно, а неизведанные земли таили в себе безграничный простор для приключений. Похождения знаменитых бандитов, блюстителей порядка, гнусных трусов, смелых женщин и кровожадных индейцев вовсю живописались в многочисленных романах и повестях. Билли Кид[1], братья Долтоны, семья Джеймс, братья Янгеры, Уайтт Эрп, Энни Оукли, Белл Стар и другие вошли в легенду именно из этих грошовых книжиц.
Американские психологи считают, что вестерны апеллируют к некоторым сторонам человеческой натуры, особенно к тяге американцев к мужественному (читай, грубоватому) индивидуализму. Зритель активно сочувствует всему происходящему на экране. Исход на Запад для многих представляется желанным уходом от повседневной суеты, возвратом к примитивной чистоте нравов.
Тут напрашивается параллель: в отсутствие настоящих героев наличие четкого социального заказа диктует появление ходульных персонажей, однозначно олицетворяющих набор качеств, присущих данному политико-социальному строю и господствующей шкале ценностей. Как тут не вспомнить многочисленных «героев» гражданской войны, литературно-кинематографических, а не реальных, которых нам навязывал в течение долгих лет наш собственный кинематограф. Говорят, что нет пророков в своем отечестве, фальшивых же кумиров достаточно в любом.
Но вернемся к нашим ковбоям. В 1914 году Уильям С. Харт, уже снявшийся в некоторых фильмах, появился в роли меткого стрелка Бронко Билли и, переходя в ней из фильма в фильм, стал первым актером, неразрывно слившимся в глазах публики со своим экранным воплощением, что весьма характерно для вестерна при его структурном примитивизме.
Удивительно, но таких ярких личностей, олицетворяющих собой целый жанр, как Уильям С. Харт, было на протяжении века не так уж много. Харта с его строгим лицом и несмолкающим револьвером сменил в середине 20-х годов того века Том Микс – лучший наездник в истории кино. Его вестерны были хорошо поставленными, характеры – объемными, сюжетные ходы – обоснованными и правдоподобными. Вне экрана он поражал своих поклонников белоснежными ковбойскими костюмами, спортивными машинами и привычкой к роскоши. После десятка лет успеха и славы Томи Микс, последняя ковбойская звезда эпохи немого кино, сошел с экрана, уступив место молодому Джону Уэйну.
Джон Уэйн, речь о котором впереди, безраздельно царствовал на ковбойском троне до самой своей смерти в 1979 году, лишь в последние годы делясь лучами славы со своим наследником и продолжателем Клинтом Иствудом.
За невозмутимым Иствудом, активно работающим в кино до настоящего времени, правда, больше в качестве режиссера, чем актера, к сожалению, нет никого, кто мог бы достойно соперничать с гигантами далекого и недалекого прошлого.
