Пункт третий. Привык девочек снимать, с яхтой это не проблема, любая будет рада… Не надейся, не обломится. Если хоть пальцем тронешь, я на тебя в милицию заявлю, в Пироговскую. Из клуба вылетишь со свистом и яхту отберут.
После третьего пункта Виктор сплюнул за борт и зло сказал Миле: «Да кому ты нужна? Ненормальная!». И до самого пансионата в яхте царило молчание.
И теперь, рассказывая о случившемся Люсе, Виктор отошёл, оттаял – и даже смеялся, изображая в лицах, как Мила приняла его за маньяка и хотела оглушить веслом, но не знала, где в лодке вёсла. А вёсла были, и если бы они попались ей под руку, то Люся с ним бы сейчас не сидела…
Смеялись оба.
– Да она нормальная, – отсмеявшись, заступилась за подругу Люся. – Просто испугалась, она ведь не знает тебя совсем.
– А ты меня знаешь? Или тоже боишься, что я тебя украду?
– Не боюсь, – улыбнулась Люся. – Вить, расскажи о твоём клубе! И вообще…
И Люся узнала о мире, в котором жил Виктор. Это была другая вселенная. Виктор рассказывал, какие бывают яхты. О том, что яхта, на борту которой она сидит, относится к классу «финн», а «финны» известны своим коварством и неустойчивостью. И капризами по любому поводу.
– Она как женщина – те же повадки. Она или любит тебя, или нет. И не станет слушать кого попало. Но эту я знаю. Я с ней справляюсь. Мы вообще ладим с ней. Два раза только переворачивались…
– Ой, а как же? – испугалась Люся, и довольный Виктор взялся подробно ей объяснять – «как же»…
– Она если перевернётся, то тут два варианта: либо тебя выкинет из яхты, либо ты окажешься под ней. В воздушном мешке. Чтобы выбраться, надо нырнуть. А в спасжилете – как нырять, никак! Снимать надо и нырять. А как ты там его снимешь? Вот поэтому я без жилета всегда, одна морока с ним… Да ты не бойся! – спохватился Виктор, глядя в Люсино побелевшее лицо. – Не бойся. Я же с тобой!
Что-то он разговорился, подумала Люся. Не замолкает. И когда успел сесть рядом – она и не заметила! И сейчас сидел на одном борту с Люсей, одной рукой держа тяжелый железный стержень, которым поворачивался парус (Люся не знала, как он называется), а другой обнимая её за плечи. Плечи у Люси были мокрые, и жилет намок от летящих брызг, а он всё равно обнимал.
– Ты руки-то убери, – строго сказала ему Люся. – И отодвинься от меня, тебе места мало?
– Уже убрал, – покладисто согласился Виктор – и действительно, убрал руку с Люсиных плеч. Но не отодвинулся.
– Смотри, красота какая! Чайки кружат, лес на том берегу стеной стоит. Нигде такого не увидишь, только с воды.
– Ты что, зубы заговариваешь мне? Лес, птички, водичка… – поинтересовалась Люся.
– Заговариваю, а что? – согласился Виктор. Он сидел как-то странно, сильно откинувшись назад и держась за борт стиснутыми в коленях ногами, а руками крепко вцепился в канат, держащий парус.
– Сядь нормально, не откидывайся, – скомандовала ему Люся. – Ещё свалишься… Лихач. Возись тогда с тобой… С кандидатом в мастера, – не удержалась Люся. – Сядь нормально, я сказала!
– Да я нормально сижу, удобно. Ты только не бойся…
– Да я тебя не боюсь, с чего ты взял?
– Да не меня! Ты вообще – не бойся. Сиди спокойно и не вскакивай. И вниз не смотри.
Люся сейчас же посмотрела вниз и оцепенела: вместо дна под ногами бежала стремительная вода. Яхта мчалась на правом борту, на ребре. А они с Виктором сидели на левом, и Виктор свешивался назад, чтобы не дать яхте перевернуться. А норовистая яхта, закусив удила, неслась стоя почти вертикально.
Под ногами у Люси и Виктора бежала– струилась вода. Впрочем, она была далеко внизу. Глубина здесь, наверное, страшная, подумала Люся. Водохранилище ведь! А они – на самой середине. Люся вцепилась руками в борт, как будто это могло её спасти, и всё время думала – успеет она снять спасжилет или не успеет, успеет или не успеет, и когда надо начинать его снимать…
– А ты молодец, хорошо сидишь, спокойно, – похвалил её Виктор. – Как настоящий яхтсмен. Кто бы мог подумать, первый раз на яхте, и так держишься.
От слов Виктора Люсе стало весело. Видели бы мама с папой, как она «катается»… И два инфаркта обеспечены! – Люся нервно рассмеялась. А рука Виктора снова лежала на её плече, и ей было не страшно – она же с Виктором.
Наконец ветер утих и уже не свистел разбойником, не рвал парус. Под ногами у Люси было, как и положено, днище. Люся сидела на правом борту, Виктор напротив, на левом.
– Всё! – облегчённо вздохнул Виктор. – Приехали. Ты молодец. Смотри – вон Мила нам с тобой машет!
Люся не заметила, как подошло к концу это невероятное, полное опасностей путешествие. Мила успела переодеться и собрать вещи. – «Как вы долго!» – сказала она Люсе, не глядя на Виктора. Люся взглянула на часы и ахнула – с Милой Виктор катался двадцать минут, а Люсю увёз на целый час.
– Одевайся, мы на автобус опоздаем, а следующий через два часа, – торопила подругу Мила.
– А давайте я вас прямо к электричке отвезу! На яхте! – сказал вдруг Виктор. – Только мы тихо пойдём, перегрузка большая, и….
– Знаем-знаем, яхта перевернётся и дальше придётся пешком плыть, – издевательски закончила за него Мила.
