Нет нужды говорить, что такое мафия, — ее знают все. Но в то же время никто не знает в точности, в чем именно дело. Этот парадокс увлекает и раздражает. По-видимому, невозможно определить, осознать и проанализировать ее вполне удовлетворительно и окончательно. Между тем еще ни одно тайное общество не вызывало такого любопытства к таких страстей и не заставляло столько говорить о себе.
Нет нужды говорить, что такое мафия, — ее знают все. Но в то же время никто не знает в точности, в чем именно дело. Этот парадокс увлекает и раздражает. По-видимому, невозможно определить, осознать и проанализировать ее вполне удовлетворительно и окончательно. Между тем еще ни одно тайное общество не вызывало такого любопытства к таких страстей и не заставляло столько говорить о себе.
Уже целый век мафия является излюбленной темой обширной литературы. Работа историков, репортажи журналистов, доклады о частных или официальных расследованиях и архивы полиции, посвященные мафии, бесчисленны. С одной стороны, радио, телевидение и кино создают на эту тему сенсационные передачи, «знаменитые» фельетоны и фильмы, пользующиеся большим успехом. Однако, несмотря на то, что на мафию постоянно направлены прожекторы, она сохраняет свою таинственность.
Некоторые доходят даже до того, что отрицают ее существование. «Это миф, легенда, — говорят они, — измышление журналистов и сценаристов», подтверждая таким образом правоту члена мафии Валаки, который, внезапно прервав рассказ о своих похождениях в «Коза ностра» ’(название мафии в Соединенных Штатах), с горечью сказал американскому журналисту Питеру Маасу:
— А впрочем, зачем рассказывать все это! Никто не станет слушать. Никто не поверит в это. Вы понимаете? Эта «Коза ностра» представляет собой как бы второе правительство. Это слишком грандиозно!
Именно к тем, кто не верил, и обращался Роберт Кеннеди, тогдашний министр юстиции Соединенных Штатов, незадолго до того, как он был убит:
— Многие американцы воображают, что организованная преступность их не касается. Они не правы. Политическая и экономическая мощь организованной преступности возросла так быстро, что сегодня она затрагивает жизнь большинства из нас.
После внимательного изучения огромного досье мафии, по-видимому, невозможно не признать правоту Роберта Кеннеди. Для того чтобы убедить нас в этом, кажется, достаточно одной простой констатации. Роберт Кеннеди считал, что ежегодный доход «Коза ностра» исчисляется в «несколько миллиардов долларов»! Эта сумма превышает национальный доход такой страны, как Франция или Италия. Известно, каков источник этих денег: контрабандная торговля наркотиками, проституция, азартные игры, вымогательство, т. е. преступления. Легко угадать, куда потом идут эти деньги. Часть их, несомненно, используется на то, чтобы обеспечить деятельность «Коза ностра», покрывать ее общие расходы, в которых значительную часть составляют огромные суммы, используемые для того, чтобы давать взятки, подкупать или развращать тех, в ком нуждается данная организация, для того чтобы обеспечить свою защиту, скрывать свои преступления. Остальные деньги поступают в иностранные банки и по истечении некоторого срока пребывания в этом «чистилище» выходят «обеленные», готовые поступить в обширную сферу законных дел.
Поэтому вполне возможно, что хлеб, который мы едим каждый день, бензин, которым мы заправляем свою машину, или даже жилище созданы на, те черные деньги, которые некоторые преступники получают, приобщая миллионы детей к потреблению наркотиков.
В этом смысле можно сказать, что это касается всех нас.
Само происхождение слова «мафия» не очень ясно. Мы находим первые следы этого слова в 1862 году в названии пьесы Джузеппе Риццотто, которая пользовалась большим успехом: «Мафийцы Викарии»[1]. Несколько лет спустя, в 1869 году, это слово попало в «Малый словарь сицилийских слов» Траины, где оно определяется следующим образом: смелость, бравада, самодовольство. Но в словаре ничего не говорится о его происхождении. Прошло более 100 лет, а происхождение слова по-прежнему остается таким же таинственным и вызывает споры. Специалисты по-прежнему выдвигают несколько гипотез, ни одна из которых не является более убедительной, чем другие. Чаще всего говорят, что это словр арабского происхождения. Как известно, мавры занимали Сицилию с 827 по 1060 год и их цивилизация оставила глубокий след в западной части острова, т. е. именно в той части, где слово «мафия» появилось впервые. Защищая эту гипотезу в своей «Истории мафии», сицилийский историк Гаэтано Фальцоне пишет, что, возможно, это слово происходит от «мафаль», что означает собрание, встречу большого числа людей, а может быть, от «мафиас», что означает охранять, защищать, гарантировать кого-то от чего-то, и отсюда происходит слово «муафах», т. е. избавление, неприкосновенность, освобождение от всякого ига, охрана, покровительство. Фальцоне проводит свидетельство другого сицилийского историка — Джузеппе Питре, который рассказывает п своей книге «Обычаи, верования и предрассудки сицилийского народа», что он обнаружил слово «мафия» в одном квартале Палермо — Борго, где это слово означает «красота, величие, совершенство, смелость и доблесть».
