Сей первый Богдана Хмельницкого пункт, что в нем написано: где три человека козаков там два третьего должны судити, в такой имеется силе: положено сие в пример таковый, когда случается в войсковом походе в куренях товариству имети посвары или якую зваду в малом деле, в ту пору Атоман и Куренный, который равен прочим в двозе, з другим товарищем прекращаючи завод, третого судят; когда же в домах до Старшины приточатся заводные правы в поточном деле, тогда обыкновенно первее сельским Атаманом козаков рядовых, а Войтам мужиков судит и расправлять; яким судом сельским если скаржачии не довольны будут, удаются до уряду Сотенных и градского; еслиж там належитой не одержат расправы, приходят к суду Полковому; когда-же Полковим судом супплекант недоволен будет, теди может аппелиовати до Суду Енерального. Еслиж бы кто и декретом суду Енерального неконтентовался вольно аппелиовати до самого Гетмана, который, ежели увидит назбыт затруднение справы (хочай бы судом Енеральным дексидованы были), велит в собрании Генеральным персон и Полковников общим следствием аппробовати; и буде ли покажется якое дело важное; наипачеже касаючееся интересу Монаршого, таковой значной и великой справы неоканчевая, Гетман з Старшиною и Полковниками описуются до двора Монаршого, прося зверхнейшего Его Императорского Величества Указу, по которым бы могла крайне вершитися таковая справа многотрудная или интересное дело. А что на Малороссийские суда нанесен порок о накладах и взятках, будто хто больше даст, того хочай виновного оправдают, а хто убогий не имеет чего дати, того хочь в невинности чинят виновным; о сем покорственно доносим, и прежними часы, когда вольными голосами добросовестнии в Енеральном и Полковом судах избираны были судьи, тогда без жадных коррупций в сущую правду всякому обидимому чинено слушную управу: ибо всяк, опасаясь лишения чина, содержал радетельно надлежащее в поверенном деле правление; но тот на суди порок наведен при бывшом Г е т м а н у Скоропадском, которого свойственник Черниш не но обыкновению прав козацких и не извольных голосов, но приватными фаворами учинен судиею Генеральным; и колико неправости в судах и волокиты он Черниш делал, также, что взятки от многих брал, публиковано сие всенародне печатным вечно блаженной памяти Императорского Величества манифестом; того ради вечно достойной памяти Его Императорское Величество повелел был учредити Коллегию Малороссийскую для чинения в судах справедливости; но оная Коллегия во всю бытность свою некому жалобливому, як было на клика тысячей супплек, неучинила по правным артикулам управы; токмо беручи взятки волокитами продолжала справы, покамисть обидве спорные стороны, крайне убиточившись, мусят бывало чрез мировие письма з собою погодиться; а сколько бывшей Коллегии Малороссийской члены взятков и скупов побрали, о том особливое явствует ведение. З яких мер вышереченный на Судьи Малороссийские нанесенный порок не имеет всех касатися, ибо аще милостивейшим Его Императорского Величества указом учреждены будут по прежним обичаям суде Енеральные и Полковие, люде доброй совести и досведчоность искуства, еще же подварунком штрафа и лишением чина за неправость и взятки обовязанныи надеемся и несумненно уповаем их во всех Генеральном полковых и протчих судах не похабная будет правда и справедливость всякому чинена, чого Гетман, абы не был за тое в ответе, меет по своему званию на крепко постерегати.
