История мангытских государей полностью

Среди восточных рукописей, хранящихся в Институте востоковедения Академии наук Узбекской ССР, имеется три списка исследуемого сочинения, хранящихся под инвентарными номерами 1458, 4330 и 7419, но ни на одном из них не обозначено название произведения, поэтому оно условно именовалось Тухфа-и шах («Подарок шаху.»)[9] по аналогии с другой исторической работой того же автора под заглавием Тухфа-и шаха ("Шахский подарок")[10], о которой подробнее будет сказано ниже. Автору удалось обнаружить в Душанбе еще один экземпляр исследуемого труда, который оказался автографом[11]. На титульном листе этого автографа обозначено название произведения — Та'рих-и салатин-и мангитийа-и дар ас-салтана-и Бухара-и шариф («История мангытских государей, [правивших] в столице, благородной Бухаре.»). И тут же указано: Та'лиф-и банда-и. хакир Мирза 'Азим-и дабир ма'руф ба Сами, афа 'анху ва 'ан валидайх, т. е. «Сочинение ничтожного раба Мирзы 'Азима дабира (секретаря), известного по [имени] Сами, — да простит [Аллах] его и его родителей, — 1324 [года]».

Обнаружение оригинала разрешает вопрос 6 наименовании данного сочинения и позволяет внести соответствующие поправки в описание его в каталоге восточных рукописей Академии наук Узбекской ССР.

Оба сочинения — Тухфа-и шахи и Та'рих-и. салатин-и мангитийа — посвящены в общем одному периоду, но в то же время существенно отличаются друг от друга. Тухфа-и. шахи написано в духе придворной историографии, превозносившей царствующих особ, их предков и прославлявшей их деяния. Это дало основание считать Тухфа-и шахи «официальной» версией истории[12]. Что же касается Та'рих-и салатин-а мангитийа, то освещением событий и лиц она существенно отличается от первой и имеет, ясно выраженную оппозиционную окраску. В связи с этим она известна в кругу востоковедов-историков как «нелегальная.»[13] версия первого труда.

Существует мнение, что официальная версия истории, была заказана автору эмиром'Абдалахадом (1885—1910)[14]. Однако сам автор об этом нигде не упоминает. Во вступительной части произведения он говорит о себе, что с юных лет до шестидесятилетнего возраста служил при дворе и благодаря покровительству эмира Музаффара (1860—1885.), в дни царствования которого «произошли выдающиеся события», «достиг высокого положения.». Далее Сами указывает, что после смерти этого государя (т. е. уже при эмире 'Абдалахаде) он был отстранен от должности и «уполз в угол безвестности». Он прямо говорит, что теперь, имея досуг, решил изложить события царствования эмира Музаффара, чтобы сохранить потомству его «славное имя». Сами подчеркнул, что это намерение явилось единственной причиной, побудившей его написать сочинение, и что он не ставит своей целью извлечь из своего труда какие-либо материальные выгоды[15].

Маловероятно, чтобы Сами, получив заказ от 'Абдалахада, не упомянул об этом в предисловии и позволил себе противопоставлять Музаффара 'Абдалахаду явно не в пользу последнего.

По времени написания официальная версия предшествует нелегальной: первая, как это видно по датам, содержащимся в отдельных частях сочинения, написана в период с 1316/1898-99 по 1320/1902-03 гг., а вторая-несколькими годами позже — в 1324/1906-07. По объему они значительно отличаются друг от друга: официальная содержит 298[16], а нелегальная — 75[17] листов.

В обеих версиях события излагаются в порядке хронологической последовательности. Первая начинает свое повествование с конца XVII столетия, с царствования Субханкули-хана (1680—1702), и заканчивается четырнадцатым годом правления эмира 'Абдалахада, т. е. 1898-99 г., а нелегальная от последнего аштарханида Абу-л-Файз-хана (1711— 1747) доводит изложение до 1906 г., включая русскую революцию 1905 г. События, начиная с эмира Музаффара и до конца сочинения, записаны Сами на основании личных наблюдений и даже непосредственного участия в них. Изложены они примерно с одинаковой полнотой в обеих версиях, но в официальной совершенно опущено Андижанское восстание Дукчи-ишана 1898 г. и вовсе не охвачен период 1900— 1906 гг. В ней отсутствуют такие весьма интересные факты, как военное совещание в Актепа перед наступлением русских войск на Самарканд; созыв совета у эмира Музаффара в Кермине после падения Самарканда; сообщение о туркменских племенах в составе бухарского войска и ряд других моментов.