История Мариан (СИ) полностью

Новинки и продолжение на сайте библиотеки https://www.litmir.me

========== Глава 1. Воспоминания. ==========

Это история о любви.

Невозможно предугадать, где встретит нас любовь. Кого-то она ведёт к великому счастью, а кого-то – к погибели. Любовь потерянная или неразделённая заставляет одних совершать великие деяния, а других повергает во тьму, отчаяние… Любовь, подаренная даже с самыми лучшими намерениями, может стать и добром, и злом. Любовь тайная может стать проклятием или благословением.

Любовь к человеку, любовь к своему долгу, любовь к идее, или к месту, или к вещи – какая из них важнее и значительнее? Каждый решает для себя сам. Вы можете спросить, зачем я всё это рассказываю? А оно может оказаться тем, ради чего каждый из нас – даже самый маленький и незначительный – любит, и как выражает свою любовь. Так что это касается всех.

***

Меня зовут Джейсон. Я записываю эту историю, хотя истории лучше рассказывать вслух, чем читать. Но скоро никого не останется в живых из тех, кто помнит. У нас уже нет времени учить наших детей запоминать длинные рассказы или заставлять их сидеть и слушать. Как всегда говорила Мариан, жизнь слишком коротка, слишком многообразна и слишком сложна. Мы – специалисты каждый в своей области, на своей небольшой территории. Поэтому мы всё записываем, копируем, распространяем любыми возможными способами – газеты, журналы, электронная почта – тогда наши потомки не забудут то, что мы хотим им передать. А всё самое важное будет скрыто где-то в потоке никчёмной информации, который обрушивается на нас каждый день.

Сейчас я сижу рядом с Мариан там, куда она попросила привести её. Она хотела умереть в этой комнате, и как я мог отказать? Я никогда не мог отказать в чём-либо Мариан. Я мог подшучивать над ней, безжалостно дразнить, смешить, но никогда не мог сказать ей «нет». Я знаю каждую морщинку на её лице. Я видел, как они появлялись и углублялись с годами – карта каждого шага нашего пути. Был ли я её любовником? Нет. Она мой постоянный и верный друг, как и я – её. Хотя, видя нас, вы этого не поймёте, пока не присмотритесь хорошенько.

У нас было время поговорить, прежде чем она покинула меня. Она сказала, что состарилась и устала. Она была готова уйти. Мариан сказала, что у неё не осталось воспоминаний, которые заставляли её страдать; воспоминаний заветных и в то же время беспокоивших её днём и ночью.

- Разве мы не сделали это, Джейсон?

Она улыбнулась и тихо засмеялась. Это так похоже на неё – всегда вспоминать о хорошем.

- Посмотри, что мы сделали!

- Посмотри, что ты сделала, - ответил я. – Он гордился бы тобой.

- Возможно…

Знакомое выражение неуверенности в себе затуманило её улыбку. Слеза скатилась по её лицу, и я огорчился, став её невольной причиной. Но прежде чем уйти, ей надо было услышать от кого-то о его одобрении. Мариан свято верила, что человечество не растратит безрассудно дары, которые мы ему доверили. У меня ещё есть время проследить за этим и посмотреть, что получится. Семена, посеянные нами, попали в добрую почву. Они дадут всходы. Что будет дальше - покажет время.

========== Глава 2. Иногда от работы тошнит, но мы её любим. ==========

Это случилось, когда Мариан наконец-то решила взять отпуск. Вообще-то, да, я уговорил её, и да, я мог (очень тонко, должен заметить) подтолкнуть её, но решение она приняла сама. Так или иначе.

Годами я пытался убедить её уволиться и открыть свой собственный офис со мной в качестве партнёра. Конечно, она никогда не воспринимала меня всерьёз. Это становилось больше похоже на игру, идею, с которой можно было поиграть, когда всё шло не так, наш босс Эд был не в настроении или мы были чем-то недовольны. Тогда один из нас осматривал кабинет, убеждался, что Эда поблизости не было, и мы заявляли во всеуслышание, что собираемся увольняться. Конечно, после третьего или четвёртого заявления никто нам не верил и часть драмы утрачивалась, однако всегда хорошо, когда великолепное враньё разряжает обстановку на денёк-другой. Чудо, что нас не уволили по- настоящему. Мы с Мариан решали, где расположить наш офис, каких клиентов привлечь, какими будут наши ведущие принципы. Мы придумывали названия для нашей компании, спорили, чьё имя будет первым (я до сих пор считаю, что моё имя звучит лучше и должно стоять первым). Мы спорили, какого цвета будет ковёр, и чей стол будет стоять у окна. Очень немногие из нас сидели рядом с окнами. Должен заметить, в нашей архитектурной компании было недостаточно окон. Когда мы не грозились уволиться, то строили планы вплоть до полуночного рейда, который выключал освещение. Поскольку Эд только арендовал помещение, время у нас было ограничено. А когда мы грозились уволиться, то горько сожалели о том, что сделали за свою жизнь, и что наша благородная профессия была низкооплачиваемой и недооценённой.

Грустная правда состояла в следующем:

1. мы горячо любили то, что делали для людей;

2. мы знали, что сможем сделать это по-своему, в соответствии с нашей собственной философией, если уволимся;