— Сколько их ждать? Даже с учетом того, что они направили Ястреба через две недели после нашего старта, эти суда не способны развивать такую скорость как СИД и Пилигримы. Они создавались, для защиты колоний и их конек, маневренность и ускорения на коротких дистанциях. ‒ Лена уселась рядом с Маером.
‒ Какая проницательная предусмотрительность… ‒ Марк сказал это так, словно говорил сам с собой, но все посмотрели на него.
‒ Да, Марк, тут есть почва для размышлений. ‒ Командир потер уставшее лицо и больные на вид глаза. ‒ Создается впечатление, что они заранее спланировали пропажу члена экипажа и его последующее спасение. А что касается ожидания, то сказать пока сложно. Колониальная Федерация отправили им запрос. Те на него ответят. Потом агент перешлет нам данные, и мы будем знать точно. Но предположительно не менее трех недель.
‒ А то и месяц. ‒ Марк аккуратно снял больную руку со стола и положил на колено. ‒ В любом случае, я лично за то, чтобы они провели спасательную операцию. Я не верю, что Корин предавал нас.
— Очнитесь! Он мертв! Никто не может там выжить! — Лена поставила стакан с водой, перегнулась через стол и выхватила у Марка планшет, который Маер нашел в кубикуле Корина. — Хватит, Марк! Оставь его в покое, бесишь.
— Костюм должен ввести его в состоянии гибернационного сна после того как он израсходует весь кислород из дыхательной смеси. — Марта заговорила довольно тихо, но в этот раз ее слышали все, и даже Лена не стала перебивать. — Значит шанс того, что его можно спасти, есть.
— Теоретически он может выжить. — Колл все еще разговаривал с полуоткрытым ртом и не расставался с салфетками. — Сигнал свидетельствует о том, что он довольно далеко от места сброса, так что гамма-излучение его может убить, только если что-то пошло не так и траулеры рассыпались в атмосфере, целостность их нарушилась полностью, а площадь загрязнения увеличилась на сотню километров.
— Марк? — Грек резко повернулся к технику и тот вздрогнул от его голоса. — Сколько жизнедеятельность человека поддерживается в гибернации защитного костюма?
— А… — Он здоровой рукой почесал лобную часть головы. — Этот тип костюма долго не способен поддерживать процессы жизнедеятельности. От одного до трех месяцев. Чем дольше, тем больше шансов необратимых некротических последствий в головном мозге.
— Ты сам-то что думаешь? — Лена допила воду и смяла стакан.
— Я думаю, что нужно спуститься и забрать его. Живого или мертвого.
— Даже и не думай! — Лена снова встала и вышла в кабину пилотов, оставив дверь открытой. — Я больше не ногой в это ад!
— Что ты думаешь? — Командир кивнул в сторону Колла.
— Топлива в кассетах С-2 хватит только на один спуск и подъем. — Он пожал плечами. — Если у нас не получится, что мы скажем Ястребам, а потом КФ? Мы же должны им предоставить модуль.
— У них что, нет своего спускового аппарата? Зачем им наш модуль? ‒ Снова спросила Марта.
— Их модуль не предназначен для маневров в атмосфере. Они же патрулируют колонии и следят там за порядком. А колонии расположены на телах, где атмосфер или нет или она очень разряжена. Как на Марсе. ‒ Марк поднялся и забрал у Лены мессенджер.
‒ Скорее подавляют мятежи и успокаивают недовольных. ‒ Она отдала его назад.
— Итак. Лена, твое мнение, проводим спасательную операцию сами? ‒ Маер выпрямился.
— Против.
— Ты, Марк?
— За.
Колл посмотрел на него и вдруг тихо и хрипло засмеялся.
— Я сказал, что-то смешное?
— Нет, нет! — Чуть ли не вытирая слезы, он встал и вышел из лобби, а Марк зло скрипя зубами, проводил его взглядом до перехода.
— Не обращай на него внимание.
— Мне снятся кошмары, командир.
— Кошмары?
— Вот уже третий сон, мне снится Бета, и я просыпаюсь в ужасе.
— Что именно тебе снится?
— Что я убегаю от кого-то по усеянному камнями плато. Большими валунами и маленькими камушками. Эти камни оживают и бросаются на меня. Я падаю. А потом эти камни начинают меня пожирать. Они пожирают мои ноги. — В глазах Марка была боль и ужас.
— Спи в соте. Там сны не снятся. ‒ Грек вздохнул, сочувствуя ему но, не зная чем ему помочь.
— Да, командир. Я тоже так думал и едва не сошел с ума! ‒ Голос техника дрожал. ‒ В соте они снятся еще отчетливее! А проснуться нельзя, пока таймер не досчитает до установленного времени и кошмар повторяется снова и снова.
— Что там было, Марк? — Тихо спросил командир.
— Я каждую минуту говорю себе, что все это было только галлюцинацией из-за отравления газами атмосферы, но страх, что я испытал находясь там, преследует меня. Я чувствую его каждую секунду, он возвращается и накатывает на меня от каждого резкого звука.
— Чего ты испугался?
— Там что-то есть, командир… — Руки Марка затряслись, даже перевязанная правая кисть дрожала под повязкой — Что-то живое… это оно забрало Корина, я уверен! — Он немного замялся и продолжил. — Это что-то до сих пор сидит в моей голове, я чувствую тот же страх каждый раз, когда засыпаю и даже когда остаюсь один! Я хочу снова, спустится туда, командир.
— Послушай, Марк…
— Или там ничего нет и все это полный бред или… я должен знать, я так не могу жить!
