В один момент, где то, наверное, пройдя уже половину пути, нам на встречу ударил поток ветра. Мы уже были в горной местности, и я совсем забыл про то, что тут внезапно и сильно может накрыть кратковременным, но мощным ураганом. Прижимаясь как можно сильнее к выступу скалы, чтобы меня просто напросто не сдуло вниз, я увидел, как Марк упал на живот и стал сползать под мощной силой атмосферного потока, поднимающего вверх пыль и мелкие камни. В динамике шлема я слышал его голос, он кричал, что-то, но я не мог разобрать, а руками тщетно пытался схватиться за любое препятствие. Ветер сдувал его как осенний лист, а я знал, что стоит мне отстраниться от выступа, как тут же сам попаду под поток, и не пройдет и секунды, как уже буду лететь на дно кратера.
Марк, как только мог, изо всех сил пытался тормозить скольжение всем телом, выставив в разные стороны руки и ноги, а поток ветра никак не прекращался. Когда его левая нога уже оказалась висеть над обрывом, он на какую-то секунду поднял на меня взгляд и хоть я не видел сквозь покрытое слоем пыли черное забрало его лица и глаз, я понял, что он ждал помощи. Привкус приближающейся смерти засел где-то в корне языка, и сейчас этот привкус был куда сильнее, чем тот, что он чувствовал на дне кратера, стоя по пояс в зыбучей почве. Там, на дне кратера, он знал, что выберется, знал, что если не останавливаться, как бы тяжело не было, он все рано вырвется из плена песка. Сейчас же, какие-то полтора метра отделяли его от падения в бездну, и все что он мог сделать, это расставить в стороны руки и ноги, чтобы на две или три секунды отсрочить падение.
— Марк! — Я метнулся к нему от выступа и тут же подхваченный потоком ветра сам заскользил по уступу, но тут же уперся ногами в скалу, выгнулся и снова прилип к каменной стене, став снова недосягаемым для ветра.
Возможность потерять друга вот так глупо и так внезапно казалось мне совершенно нереальной и ненастоящей но, однако все это было и происходило прямо сейчас, от чего во рту выступил противный металлический привкус.
‒ Марк! ‒ Я снова позвал его и снова попытался протянуть руку, но начав терять упор, тут же одернул ее.
— Нет! — Раздался голос Марка, но кому было обращено это «нет» я не знал.
Может мне, чтобы я не пытался ему помочь, и не оказался сам в его положении, а может просто это был крик безысходности.
Внезапно, он запустил за пояс правую руку, и откуда-то из-под рюкзака жизнеобеспечения, достал пиропатрон. В долю секунды скинув колпак предохранителя, он острой стороной, что было силы, воткнул его в почву. Раздался хлопок. Дюбель вошел глубоко и надежно, закрепив его основание, так что Марк остался висеть по пояс над обрывом, держась за него.
Поток ветра не прекращался еще секунд тридцать, и эти секунды показались вечностью. А потом все стихло. В одно мгновение, взбудораженные потоком ветра пыль и камни замерли. Шлем Марка стеклом лежал забралом в песке, а скафандр был присыпан грунтом. Я бросился к нему и за наплечный фонарь оттащил к скале подальше от обрыва.
Перчатка правой руки была повреждена. Сквозь нарушенную структуру композитного материала виднелась кисть со следами ожога и отсутствием кожи на ладони. Крови практически не было. Лишь в тех местах, где заканчивалась кожа и начиналась рана, выступили несколько красных капель.
— Марк! — Я постучал его по шлему.
— Ну как я придумал, а? — Слабым голосом отозвался он.
Консоль в рукаве левой руки мигала красным цветом с грозной надписью во весь экран, сообщающей о проникновении внешней среды в систему жизнеобеспечения.
— Ты разгерметизирован, ложись на спину! — Я стал поворачивать его в удобное положение, чтобы оказать первую помощь и восстановить герметичность костюма.
— Шел бы ты к метке, а то времени очень мало… ‒ Он кашлянул и следом издал отхаркивающий звук.
— Подождет метка. — Я открыл слот в нижней часть его рюкзака, где находятся приспособления первой помощи, и стал выкладывать рядом с собой все необходимое.
В разорванную перчатку я обильно засыпал дезинфицирующий порошок, который тут же начал пузыриться, превращаясь в густую массу в открытой ране и подождав пока реакция пройдет, засыпал еще столько, сколько хватило на то чтобы полностью скрыть в нем поврежденную кисть. Стоит только системе защитного костюма перейти из аварийного режима в обычный режим и восстановить утраченное давление в рукаве и перчатке, как из раны градом хлынет кровь. Теперь же когда, кисть обильно засыпана этим порошком, кровотечения можно не бояться, и от инфекции он спасет. Главное теперь для Марка, это дотянуть до возвращения на СИД, где ему можно будет уже оказать полную медицинскую помощь.
Сейчас самое страшное, это попадание в систему дыхания паров ядовитой атмосферы. Конечно, система защиты костюма сразу же блокировала поврежденную часть, но какой-то процент воздуха все же попал и теперь Марку срочно необходима процедура деинтоксикации.
— Ты когда-нибудь это делал?
— Нет.
