Но симпатичная девушка – это одно, а я – это я, и восторга от своего портрета ждать не приходилось.
Я двинулся дальше и остановился, как вкопанный, поражённый неожиданной картиной, а скорее политической карикатурой, изображавшей двух вождей: Ленина и Сталина.
Сталин выглядел вполне достойно. Но Ленин… Меня что-то покоробило.
Картина показалась мне чересчур смелой, вульгарной и оскорбительной, главным образом, для вождя Революции, на котором с видом победителя восседал, как на вьючном животном, Сталин на фоне карты России с надписью «ГУЛАГ». В одной руке Сталин держал чей-то череп, в другой берцовую кость, как символы власти, а обилие красного цвета, в который был окрашен Ленин и все, что под ним, похоже, символизировало кровь.
Минут десять я стоял в раздумье, потрясённый увиденным. Художник заметил.
– Хотите купить? – спросил он.
– За сколько? – спросил я, даже не собираясь покупать.
– За сотню отдам.
– Чего?
– Ну, рублей, конечно. Баксов ведь у Вас нет.
– Нет, – сознался я и впервые подумал, что за сто рублей я эту картину куплю обязательно. Кому, зачем она понадобится, я даже не успел обдумать.
– А она у Вас даже не подписана, – заметил я.
– Если Вы будете брать, я подпишу при Вас на обороте картины. Берете?
– Беру, – я как будто нырнул в омут с холодной водой.
– А Вы не боитесь за такую смелость? – спросил я его.
– Нет. Сейчас уже можно. Да и из Союза я валю. Вывезти могут не дать и то не уверен. Скорей мазней назовут, чем искусством.
Он перевернул картину обратной стороной, на которой ещё оставалась этикетка с текстом, гласившим:
– И что я могу с этой картиной делать? – спросил запоздало я.
– Все, что хочешь. Ты – владелец. Хочешь перепродай на пять рублей дороже. Или на двести. Как удастся. А хочешь жди, пока я стану знаменитым и продай за миллионы.
– Этот вариант получше, – подумал я.
– Ну, будь здоров, – напутствовал я его. – Удачи тебе.
Мы расстались. А что теперь? Домой же я с этим не сунусь. Жена меня не поймёт. Мне, однако, повезло в том, что в десяти минутах ходьбы жил однокашник.
– Привет! Я к тебе на минуту.
– Привет! Что за спешные дела?
– Я купил картину и не хочу её жене показывать. Обругает и выкинет или меня, или картину. Спрячь у себя на время. Я потом заберу.
