— Дурак. Это точно. Ты так и не понял. Не в том дело как мы встретились. Дело в том, что мы встретились. Понимаешь?
— Лен, ты же помнишь, что мы пили, а я дурак?
— Ох. Серёж, мы пара. Мы встретились, и наша суть потянулась навстречу друг другу. Да наша встреча тот ещё квест на выживание. И конца, и края ему нет. Но просто твой волк почувствовал и позвал мою волчицу. И смёл все блоки. А ты, дурак. — И я залезла ему под руку обняв его и прошептав только ему на ушко. — Мне было страшно, и я боялась волка, даже себя самой, своей сути. И ты помог полюбить себя и тебя. Во снах и наяву, приходя каждую ночь. Может теперь мне стоит позвать тебя в свою жизнь, если ты не передумал конечно.
Он просто пересадил меня к себе на колени и сжал в объятьях.
Наше утро опять наступило в обед. Да, пить нам не стоит. Голова не болела, мы не так много и выпили. Но сидели и болтали мы до рассвета. А выспавшись поехали проверят в лесу, отзовётся ли на мой зов Сергей. И он отозвался. Стоило мне обернуться и взвыть, как перед глазами мой мужчина на долю секунды скрылся за серой дымкой и появился мой серый волк.
Послесловие.
Что было дальше? А дальше было, как и бывает в реальной жизни. Море забот. Море проблем. Море задач, которые нужно решать. Не скажу, что с того дня в нашей жизни всё стало гладко и сладко. Такое бывает только в сказках и в это не верят даже маленькие дети. Просто теперь мы можем жить. Можем не оглядываться в ужасе. Можем смело смотреть в будущее. Можем любить. Мы просто можем.
Предательство сложно пережить. Особенно сложно если предают свои. Тот факт, что обычные бездомные псы, изгнанники собственной стаи, презираемые всем нашим миром, стали ужасом для стольких оборотне и виною всему двое. Двое любящих, но жадных на чужое оборотней. Сильный страж, наставник не одного поколения и глава стада вепрей. Именно они сделали из Фонбериных не уловимых жестоких вожаков. Со стаей сломанных и подчинённых оборотней. Именно эти двое и странный старик из совета Фонберина, который был отцом стража Беляева, и он задумал всё ради сына, а продолжил уже с сыном и невесткой ради внуков. Они были теми кукловодами, которые в нужное им время направляли и подталкивали нужных им оборотней и людей. Убивали не угодных, ослабляли стаи способные противостоять им. Усиливали своё влияние внутри нашего мира и в обычном мире. Их не казнили, нет. Беляев и Кабанова вместе со своими детьми были изгнаны из мира оборотней. Над ними провели ритуал, запечатывающий их вторую ипостась и запечатывающую её навсегда. А чтобы они не смогли причинить вред в новых поколениях, всех их хирургически лишили возможности продолжить род. Так же наложили запрет на всех оборотней общаться с ними любым из доступных способов. А самого Беляева и его жену лишили возможности говорить, им вырезали язык. Дочерей Кабановой лишили права наследования главы вепрей. Имущество их семьи, нажитое за годы их бесчинств, распределили меду пострадавшими. Что-то отдали на восстановление разрушенных их жаждой наживы центров и домов культуры.
Они хотели изменить порядок нашего мира. Дать власть своим потомкам подчинить остальных. Но причиняя боль другим, лишь усилили свои страхи. Такой приговор был вынесен не с проста. Их обязали присутствовать на всех судах до конца своих дней, в устрашение остальным. Ведь страх быть пойманным — ужасен, трах быть наказанным смертью — ужасен. Но страх перед тем, чтобы видеть, что происходит с живым доказательством предательства, он дикий. Он живёт с каждым ежеминутно. Видеть молчаливые тени прошлого, тех кто был силён и считал себя непобедимым, а теперь изгой — это страшное наказание живущим. Их детям не препятствовали развиваться в мире людей, но с ними тоже не общались оборотни. Сама луна не наделила их здоровьем и особыми навыками.
Наш мир зализывал раны. Среди стражей остались единицы из старожил. Лишь те, кого одобрила Матрона. Она же помогала набрать молодняк и запретила преемственность у стражей.
В моём родном хуторе построили детский лагерь, куда отправляли весь молодняк наших стай, моей и Князева и куда стремились попасть и дети других стай. Там мы и учим детей быть оборотнями любой ипостаси, но в мире с собой и другими.