В шаге от меня стоял жизнерадостный посол, держа за руку «невесту». Вежливая улыбка на ее лице способна была заморозить камень.
– Позволь,
Я заученно улыбнулась.
– Приятно познакомиться.
Посол довольно покивал головой и отчалил, оставив нас вдвоем. Повисло неловкое молчание. Мне, как хозяйке, нужно было что-то предложить, а я и представления не имела – что именно.
– Э-э-э… Не хотели бы Вы…
– Ты, – отмахнулась
Со щелчком захлопнув челюсть, я кивнула.
Поминутно кивая и улыбаясь, мы вышли из зала. Выбрали подоконник подальше и уселись на него, синхронно сбросив туфли. Потом еще раз посмотрели друг на друга. Я фыркнула, представив картину: «кукла Барби» и «мадам Вамп» сосредоточенно буравящие друг друга взглядами.
– И что такое? – поинтересовалась асаху.
– Да так, ничего особенного. Как тебе у нас?
– Вот об этом я и хотела поговорить! – Адамара, напоминавшая в момент знакомства статую медузы горгоны, оживала с каждой новой фразой. – Я никого не хочу обидеть, но мне эта свадьба, как… – она раздраженно махнула рукой, предоставляя мне возможность самой додумать предложение. Я честно додумала.
– Нет, конечно, этот ваш асаху очень даже ничего… Да у вас тут вообще просто заповедник! – пихнув меня локтем в бок, сообщила Адамара, кивая вслед вошедшему в зал Келли.
Я рассмеялась:
– О! Этого рекомендую! Глава семьи, член верховного совета!
– Да? И сколько ему?
– Как тебе.
– Прикольно. А вот этот? Роковой такой мужчина… – хихикнула она.
– Где? – я повернула голову, выискивая «объект».
– Да вот! Возле белобрысой вешалки и длинного такого типа.
– О блин, подруга! С ним не познакомлю – не хочется лишний раз глаза мозолить.
– Твой бывший? – деловито уточнила Адамара.
Я подавилась смешком.
– Неээт! Хуже, мой кровник.
– Что, серьезно?! Не повезло, тебе, дорогая.
– Знаю, – мрачно сообщила я.
– И в каком колене вражда? Вычахшиеся страсти, как правило, не мешают нормальным отношениям.
– Свежак: мой отец с его дедом. Так что Дин совершенно не против через меня отомстить папе.
– А в чем причина?
– Мой отец устроил локальную революцию.
– Ясно. Ты мне вот что скажи. А у этого вашего асаху девушка есть?
– Моя лучшая подруга.
– Какой пассаж! То-то ты меня во время официально части как снайпер в прицел разглядывала.
Я рассмеялась.
– Слышала бы меня мамочка! – продолжила между тем Адамара. – Ее сейчас пришлось бы откачивать.
– Неужели, она заставила бы тебя…
– Ей фиолетово – я у нее черт знает какой ребенок по счету. Мамочка старше своего братца Дара на пятьдесят лет, так что уже впала в старческий маразм и вздыхает, вспоминая русского офицера из свиты Колчака, умершего от гангрены во время гражданской войны.
– А кто тебя тогда…
– Воспитывал? Дар. Я его цыпленок, – улыбнулась Адамара. – Вот только мотаться он в последнее время стал невесть где! Зато когда возвращается, я самое счастливое существо на свете.
Мы помолчали.
– А это кто? – снова оживилась асаху.
Я обернулась. К нам приближался Майк.
– Адамара – Майкл, Майкл – Адамара.
– Очень приятно, – прищурившись, сообщила асаху, протягивая руку.
– Взаимно, – Майк коснулся губами протянутой ручки. – Я начинаю завидовать Виктору. Он имел честь танцевать с такой девушкой…
Адамара расхохоталась.
– Так может исправим? Если Вы, конечно, поможете даме и найдете вторую туфлю.
Подобрав обувку, Майк присел на корточки и бережно надел оную на кокетливо подставленную ножку.
Я поджала губы, радуясь, что в полумраке коридора это не было замечено окружающими.
Майк выпрямился и, привычным жестом отбросив с лица волосы, протянул Адамаре руку. Та с готовностью соскочила с подоконника.
– Каакой экземпляр! Мне определенно у вас нравится, – шепнула асаху, прежде чем удалиться. Я хмыкнула.
Иш ты, шустрый, какой. Быстро же он забыл ту таинственную девицу!
Стало обидно… И за кого конкретно, так переживаю?!
Я встала и, держа в руках туфли, пошлепала в холл. Надо проветрить мозги, а то чушь какая-то в голову лезет
ВОЗДУХ!!!
Я обессиленно повисла на перилах балкона.
Надо было отдать дань уважения традициям, вернуться в зал, общаться и танцевать, но мне что-то совсем расхотелось шаркать ножкой и вежливо улыбаться.
Деликатное покашливание известило, что моя сиятельная персона никак не может оставаться без внимания. Приподняв голову, я несколько секунд изучала предельно вежливую улыбку самого молодого члена Верховного совета.
Черт…
Я не собиралась так скоро начать выполнять то, на что добровольно подрядилась. А все началось-то с чего? С обычного, ничем не примечательного обеда.
***
