Когда на часах было около семи утра, Алан решил пойти к жене. Подойдя к двери, он услышал голос жены и какого-то мужчины. Алану стало так любопытно, что он вошёл в спальню без стука.
Зайдя в спальню, он увидел министра магии и жену и сразу же затараторил:
— Доброе утро министр.
— Доброе утро, — взаимно ответил министр.
— Алан, министр по поводу Джона, он уверяет, что Джона видел в какой-то деревне магл, и он колдовал. Позови, пожалуйста, Джона, — серьёзно сказала Сиверина.
Алан сжал кулак.
— Я к тебе шёл по поводу Джона как раз, он сбежал из школы вместе со Снежаной, — сурово сообщил Алан не благоприятную новость.
— Как сбежал? Но ты же его вернул вроде бы в тот раз, — взволновалась Сиверина.
— Он опасен министр, его надо найти и чем быстрее, тем лучше, — обеспокоено сказал Алан.
— Что??? — Возмутилась Сиверина, — ты чего такое говоришь Алан? — Воскликнула Сиверина.
— Я не хотел тебе говорить, чтоб ты не расстроилась, — сообщил Алан.
— Будьте добры профессор всё нам, рассказать, — потребовал министр.
Алан посмотрел на жену, на министра и начал свой рассказ. Рассказывал минут двадцать что произошло, и даже предположил, что Снежана с ним ушла, чтоб исполнять непреложный обет. Закончив свой рассказ, Сиверина сидела на кровати и понимала, что она сильно ошибалась в своём родном сыне.
— Как он мог, — тихо прошептала Сиверина.
— Милая, не плачь, мы найдём его, и я вставлю его мозги на нужное место, — пытался успокоить Алан свою жену.
— Мракоборцы из отдела по особо опасных разыскиваемых преступников и с ними гончие псы министерства, а также из отдела по защите прав маглов и колдунов уже ищут вашего сына. Старые обвинения будут подняты, и ему может грозить смертная казнь, если пострадает ещё один магл от колдовства, — оповестил министр о моём плачевном положении.
Сиверина стала плакать навзрыд, ей явно не хотелось, чтоб её сына убили гончие псы. Это будет такой позор, что не каждый сможет пережить.
Гончие псы министерства — это не собаки, это колдуны, которые с самого рождения или в раннем возрасте потеряли зрение полностью, их научили специальные люди распознавать запахи и строить картинку происходящего в голове, если они присоединились, то шансов того что я буду не убит ими, очень мал. Ещё не кому не получилось выжить после того как их поискали эти псы, у них закон прост, если просят присоединиться, то значит надо сделать так чтоб преступник не смог больше навредить не кому.
Пока Алан и Сиверина боялись за мою судьбу, я и Снежана шли измученные по какому-то лесу и не понимали, что делать дальше.
— Джон, ты не жалеешь что сбежал? — Спросила внезапно Снежана.
— Нет, пусть мы и голодаем, но только не назад, — уставший, но радостно сказал я.
— Интересно, а уже заметили, что нас нет, — полюбопытствовала Снежана.
— Не знаю, — признался, и на душе стало тоскливо, — Снежинка, смотри, там деревня.
Туда, куда я показал, виднелась, небольшая деревушка. Снежана пройдя ещё пару шагов села на землю, я последовал её примеру, и рухнулся без сил на землю.
— Бедняги, вы так вымотались, — послышался приятный женский голос.
Мы посмотрели измученно на женщину, она была не высокого роста, с очень длинной юбкой, русыми, длинными волосами, заплетённые в косу.
— Вот, держите хлеб и бутылку молока домашнего, — протянула нам женщина.
— Спасибо, вы такая добрая, — поблагодарили хором.
Мы жадно начали откусывать хлеб и запевать молоком, это был наш первый приём пищи за два дня. На моих карманных часах, было половина восьмого утра. Мужчины, жившие в этой деревне, пошли за молодыми телками, которые не хотели идти с пастбища домой доиться. Женщины пошли на работу, и около десяти прошли тем путём, где сидели мы и жадно поедали хлеб с молоком. Мы в основном вызывали отвращение, и только троим нас стало жалко, и они вернулись за ненужными вещами домой.
Джон и Снежана, наевшись, начали искать место, чтобы поспать утром, и вылезти в семь вечера.
— Ребята, погодите, — услышали они нежный женский голос.
Они обернулись, перед ними стояла молодая девушка с огромной сумкой в руке.
— Я собрала самое необходимое, там палатка, немного вещей и еды, — сказала женщина и протянула сумку.
Она понимала, что не вызывает у нас доверия, и поэтому положила сумку и ушла. Недолго думая, я показал свою храбрость перед Снежаной, пошёл проверять, что там лежит.
— Снежинка, тут палатка, еда и какая-то одежда, — радостно сообщил я ей.
— Джо, а что такое палатка? — С любопытством поинтересовалась Снежана.
— Сейчас узнаешь, — быстро сказал, схватив сумку, — пойдём за мной.
Снежана покорно пошла. Пройдя пару шагов от дороги, я достал огромную тряпку и начал совершать странные манипуляции, которые Снежане было не понять. Минут через тридцать перед нами стоял небольшой тканевый домик.
— Ну, наконец-то, — Радостно заявил.
— Ты чему радуешься? — Сонно спросила девочка.
— Пошли лучше спать, потом поговорим, — предложил я, потирая глаза, что слипались от усталости.
