По кончине любимой сестры своей Наталии (Korb) повелел, пристроив чулан с улицы к богадельне, находившейся в ее доме, принимать незаконных детей и проч., и проч. (Голиков, IV – 322.)
Указом от 6 мая повелено губернаторам осматривать опустелые жилища, с коих пошлин и рекрут не берется, под опасением лишения чести и живота и проч., а места переписать и проч. (NB. Люди бегали на Дон и в Сибирь, также и от помещика к помещику). Главным исследователем – гвардии майор Андрей Иванович Ушаков.
Из указа о лоскутках и тряпицах (для бумажной фабрики) видно, что пуд стоил 8 денежек.
За привод живого лося давать по 5 руб.
Шведам, умеющим по-русски, повелено переводить книги с шведского языка.
Книги, переведенные в то время см. ч. IV – 327. Анекдот о переводчике Пуфендорфа и проч. Штелин (вранье).
9-го мая Петр из Петербурга вывел великий флот (по иным показаниям – 30 линейных кораблей, 80 галер, 100 фрегатов; а по другим – 16 линейных, 180 других судов и проч. Сам же Петр: «ныне есть линейных 20»).
20-го мая с сим флотом Петр отправился в Финляндию и писал гетману Скоропадскому о беглых и проч.
Сибирский губернатор князь Гагарин донес о золотом песке, находимом в малой Бухарии, в калмыцком владении при городе Эркети. Царь повелел у Ямышева озера построить крепость и 2000 войска послать на овладение Эркети и взять в рудокопные мастера шведов. Начальником экспедиции назначен гвардии капитан Бухольц («Ежемесячные сочинения», 1760 года).
О сем Петр сообщил бывшему тогда в Петербурге хивинскому посланнику. Сей подтвердил тобольское известие и прибавил, что при реке Аму-Дарье находится таковой же золотой песок в большой Бухарии.
Сие подало повод к исследованию той стороны, а со временем дало мысль о торговле с Индией.
22 мая Петр с корабля «Св. Екатерины» дал инструкцию Ушакову: I) осмотреть московские подряды, что не без кражи производятся, и уведать хотя одно дело, II) осмотреть военную канцелярию, III) в Московской губернии разведать тайно ратушные и иные дела и проч., IV) о беглых, об укрывающихся от службы и проч.
Синявину тогда же дан приказ разведать о шведском флоте.
22-го же мая был совет и положено: государю (яко шаутбенахту) идти с корабельным флотом к Ревелю, а с ним и галерной эскадре при генерал-майоре Головине. Флоту же галерному идти с Апраксиным к Або и, в случае встречи со шведским флотом, дать знать государю.
Петр послал выборгскому губернатору Шувалову повеление идти взять Нейшлот.
11 июня Петр прибыл в Ревель и нашел там два корабля, один из Англии, другой из Архангельска.
В то же время приказал Петр на содержание лазаретов сбирать с венечных памятей пошлины вдвое.
Указ о приводе беглых отсрочен до 1-го апреля, а потом до 1-го сентября.
Петр указал всем казенным подрядам быть гласным.
Дома в Петербурге велено строить: дворянам 150 – один дом; купцам и проч. 300 – один дом, и все было бы к осени готово.
30 июня писал Петр датскому королю, прося у него эскадры из пяти или семи кораблей. Петр ему пенял за его бездействие, припоминал свои заслуги, советовал не надеяться на Бруншвейгский конгресс и проч. (Голиков, IV – 344.)
14 июля Петр при польском дворе вместо Долгорукого определил Матвеева (тайного советника).
Того же 14-го оказалась на царском корабле чума. Это спасло пять шведских кораблей от преследования. В тот же день дан указ сенату решить дела по точному смыслу Уложения. 16 июля, осматривая новоприбывший из Голландии корабль, Петр получил от Апраксина известие, что шведский флот у Ангута, а что адмиралу пройти туда невозможно. Апраксин требовал от господина шаутбенахта или диверсии, или его прибытия во флот. Петр с общего совета отправился в Эльзингфорс к Апраксину, но за противным ветром воротился в Ревель.
20-го числа прибыл Петр в Твереминд к Апраксину; на другой день осмотрел неприятеля. 22-го ездил по берегу для того же. Шведских было 13 кораблей, 6 крюйссеров, 4 фрегата, 1 блокгаус, 2 бомбардирных галиота, 2 шнавы, 6 галер да видны были за островом еще 3 корабля. Флот был под командой адмирала Валтранга, вице-адмирала Лелия и двух шаутбенахтов (см. примечание Голикова, ч. IV – 350).
