Разгром троцкистско-зиновьевской группировки, казалось бы, должен был положить конец фракционной деятельности оппозиционно настроенной части партии. Однако не успели еще остыть страсти, как внутри нее появилась новая особая группа, возглавляемая Н.И.Бухариным, в которую входили два других члена Политбюро: М.П.Томский и А.И.Рыков. О существовании ее раньше ничего не было известно, и она появилась внезапно. Все это говорило за то, что Бухарин и его сторонники тщательно скрывали от партии существование такой группы.
Группа Бухарина сразу же заявила о своей особой платформе, которая противопоставлялась политике партии. Она требовала снижения темпов развития индустрии, считая их “гибельными”, свертывания строительства колхозов и совхозов, установления полной свободы частной торговли и отказа от регулирующей роли государства в ней.
Вместе с тем Бухарин и его группа выступили против чрезвычайных мер в отношении кулачества и чрезмерного обложения их налогами, обвинила партию в ведении политики “военно-феодальной эксплуатации крестьянства”.
Бухарин, Томский, Рыков потребовали, чтобы партия коренным образом изменила свою политику в духе их платформы, ибо в противном случае они уйдут в отставку. По поручению своих сторонников Бухарин одновременно стал вести закулисные переговоры с Каменевым для организации блока бухаринцев с троцкистами против партии и ее Центрального Комитета.
Такое поведение Бухарина и его позиция по важным вопросам внутренней политики советского руководства подтвердили правильность характеристики Ленина, когда он писал Шляпникову в 1916 году, что Бухарин “дьявольски неустойчив в политике”. Эту характеристику подтвердила позиция Бухарина в дискуссии о профсоюзах, когда он выступил в роли примирителя с так называемой “буферной программой”.
В.И.Ленин был недоволен тогда позицией Бухарина, считая, что он подвел его и что на этом “мягком воске” может писать что угодно любой “беспринципный” человек, любой “демагог”.
В своей борьбе против политики партии Бухарин опирался в первую очередь на созданию им “школку”, которая задавала тон в дискуссиях. Его приспешники в лице Слепкова, Стецкого, Айхенвальда, Розита, Гольденберга и других всячески способствовали насаждению авторитета и культа Бухарина, возведению его в ранг крупнейшего большевистского марксиста, признанного теоретика Коммунистического Интернационала. В этом же ключе действовали близкие по взглядам Бухарину оппозиционеры, насажденные им в центральном аппарате и периферийных организациях партии, редакциях газет, в комсомоле и других теоретических и политических органах.
В результате сплочения своих единомышленников, близости к Сталину, исключения из партии Троцкого, Каменева, Зиновьева Бухарин выдвинулся в число ведущих руководителей партии и государства. В его честь в Москве был назван проспект, трамвайное депо, парк, библиотека, рабфак, таможня и несколько фабрик. Он был избран почетным членом Моссовета.
В 1926-1927 годах Бухарин пересматривает свои экономические взгляды. Оставаясь на позициях НЭПа, он считает частные крестьянские хозяйства становым хребтом сельского хозяйства страны на несколько десятилетий вперед. Выдвинутая им экономическая программа находила поддержку у кулаков, но шла вразрез с планами партии по вопросам индустриализации и строительства сельского хозяйства.
Поэтому Политбюро ЦК ВКП(б) в январе 1929 года расценило платформу Бухарина, Рыкова, Томского как правооппортунистическую, капитулянтскую, направленную на сколачивание блока с троцкистами. В ответ на это Бухарин выступает вместе с Рыковым и Томским с рядом политических обвинений в адрес Сталина и его сторонников. Он вменил им в вину безответственное поведение в деле руководства страной в условиях национального кризиса и сложившейся международной обстановки. Наиболее резко он бичевал Сталина за политику в отношении крестьянства, за пропаганду индустриализации, основанной на “военно-феодальной эксплуатации крестьян”.
Бухарин и его приспешники выступили также за свободу фракционных группировок вопреки Уставу партии и продолжали свою борьбу против линии ЦК ВКП(б). Проявились разногласия и по линии Коминтерна, где Бухарин заменил на этом посту его бывшего председателя — Зиновьева. Это выразилось по вопросам: характера стабилизации капитализма, о борьбе с социал-демократией, о партийной дисциплине, неправомочных обвинений Бухариным Э.Тельмана и отстранении его от руководства Компартией Германии.
Политбюро пришлось срочно поправлять Бухарина и его компанию. Бухарин был раскритикован по всем статьям. Пленум ЦК и XVI партийная конференция в апреле 1929 года осудили их политические взгляды и закулисные сделки с троцкистами как несовместимые с генеральной линией партии. В результате Бухарин и Томский были сняты с занимаемых постов. Бухарин был выведен из состава Политбюро, а Рыков и Томский получили серьезные предупреждения.
Но Бухарин не унимался. Он выступил со статьей “Заметки экономиста”, в которой обличал Сталина и Куйбышева в “авантюризме” по вопросам индустриализации страны.
