Об этом он открыто заявил Троцкому, на что получил конкретный ответ: “Невозможно и нецелесообразно делать его общим достоянием. Сейчас осведомить о нем можно только очень небольшой, ограниченный круг людей.
Мы располагаем сравнительно коротким сроком, — доказывал Троцкий. — Если мы упустим случай, возникнет двоякая опасность: с одной стороны — опасность полной ликвидации троцкизма в стране, а с другой — та опасность, что сталинское государство будет существовать десятилетия, опираясь на некоторые экономические достижения и, в особенности, на молодые новые кадры ...”.
В конце беседы Троцкий сказал Пятакову: “Было время, когда мы, социал-демократы, вели борьбу против капитализма, взращивая его могильщика. Теперь мы должны стать могильщиками сталинского государства. Вот в чем наша задача”.
Таково основное содержание беседы и встречи Пятакова с Троцким, которую он в полном объеме изложил затем на следствии и судебном процессе. Это была их последняя встреча, больше они никогда не встретятся. Пятаков вернулся в Берлин тем же путем, каким он прибыл в Осло — с немецким паспортом и на частном самолете.
Таковы были мысли, стремления и действия Сталина и Троцкого в конце 1935 года. Эти два человека, некогда решавшие грандиозные задачи первого в мире Советского государства в составе Политического бюро ЦК ВКП(б), теперь стояли на разных полюсах политической и классовой борьбы, стали ярыми врагами. При этом если первый возглавлял Советскую державу, великую партию коммунистов-первопроходцев и направлял их по пути строительства социализма, то второй вел разнузданную антисоветскую пропаганду, скатился в болото диссидентского отребья, плел заговорщические интриги против пролетарской страны, вступил в предательский сговор с руководством нацистской Германии и милитаристской Японии.
Они были по разные стороны баррикад. Да и был ли Троцкий когда на их большевистской стороне. Только благодаря Ленину он пробрался в партию большевиков, в рядах которой совершил массу предательских дел в угоду германским захватчикам, английским и французским интервентам и всякого рода белогвардейским отщепенцам.
Сейчас он плелся со своим IV Интернационалом в колее фашистского руководства, выступая глашатаем агрессии против Советского Союза и его народов, реставрации капитализма в этой стране, в которой ранее “боролся” за власть Советов. И нужно сказать, что Троцкий находил себе сторонников в лице всех тех, кого выбросила за борт Советская власть и кто отирался в это время на задворках капитализма, в лице многих обиженных и заслуженно наказанных советским строем и, несомненно, оппозиционеров всех мастей, прижившихся в СССР.
Троцкий жил в Осло такой же жизнью, какую вел в Стамбуле и во Франции. Ежедневно он принимал различных троцкистских единомышленников по IV Интернационалу, корреспондентов и писателей, имел встречи с видными политическими деятелями, много писал, часто интервьюировал, строил далеко идущие планы со своим многочисленным аппаратом.
Он жил жизнью политического узника, открытого всему миру и закрытого от него. Он пользовался обломками былой славы и стремился использовать ее до конца. Его окружала громадная челядь, усиленная охрана, но он боялся всего и почти никуда не выезжал из своего особняка. Обстановка уединения, отчуждения, политического затворника давала о себе знать, отражалась на его здоровье и настроении. Он часто болел, постарел и выглядел старше своих лет. Главное, он был всегда раздражен, со злобой относился к успехам советских людей и не желал ничего слышать о Сталине. Для него Сталин был не только идейным политическим и личным врагом, но и невообразимым монстром, самым чудовищным существом на свете. Он ненавидел Сталина, но и боялся его. Он обличал Сталина, но вынужден был считаться с тем, что он еще существует, живет и даже руководит такой огромной страной, какой являлся Советский Союз.
Вся его ненависть, злоба и садизм в отношении Сталина сводились к тому, чтобы как можно быстрее рассчитаться с ним, убрать с дороги и из жизни вообще. Поэтому Троцкий требовал от своих сподручных на первый план борьбы с советским режимом выдвигать физическое уничтожение Сталина и его ближайшего окружения. Он с нетерпением ждал войны Германии и ее союзников с Советским Союзом, видел в этом главный залог своих будущих успехов в захвате власти в этой стране и возвращение того ореола славы, у порога которого он когда-то стоял так близко.
Приближение этой развязки Троцкий видел в событиях, которые развернулись в те годы. В марте 1936 года Гитлер ремилитаризовал Рейнскую область. В июле фашисты нанесли удар по Испании, организовав путч испанских офицеров против республиканского правительства. В поддержку им, а также в целях борьбы с большевизмом, подавления коммунистической революции немецкие и итальянские войска высадились в Испании.
