Погружённый в собственные мысли, он и не заметил, как повозка остановилась и обратил на это внимание, только когда открылась дверь. Всё те же стражники выволокли его на улицу и потащили в ближайший дом.
Мужчина не пытался сопротивляться прекрасно осознавая что далеко убежать не сможет. Да и Аулет, несмотря на такую подставу он тоже бросать не собирался. Взгляд лихорадочно метался по окружению в попытке уловить хоть какие-то детали.
Понимание местоположения, могло помочь с побегом. Но даже если учесть что стражников всего двое, Тимель не обманывался их внешним видом. Сила мага не в теле, а в том, что он подчиняет себе незримое. Поэтому он решил, что лучше вести себя спокойно. Возможно расслабившись, они потеряют бдительность и представится возможность для побега.
Внутри дом оказался достаточно зажиточным, но при этом без излишеств. Сопроводив пленника на второй этаж, стражники остановились у тёмно-коричневой двери одной из комнат и грубо втолкнули его туда. Звук ключа в замочной скважине прозвучал настолько мерзко, что Тимель поморщился.
«Ладно, у меня ещё будет время всё узнать.» – подумал он, поднявшись с пола.
Голова девушки не просто болела, а раскалывалась. Будто бы кто-то одновременно бил кувалдой внутри и снаружи. Попытка открыть глаза не увенчалась успехом, так как резкая боль настигла её сразу же. Поэтому она просто продолжала лежать, не двигаясь и стараясь даже не думать. Аулет всё больше злилась на себя.
«КНИГИ ЗЛО! Если бы я знала что меня ждёт такая подстава, никогда бы не взяла её. Даже не зашла бы в тот магазин!» – думала она, сетуя на несправедливость жизнь.
Каждый попаданец просто обязан стать героем. Себя Аулет больше ощущала похожей не на доблестную спасительницу всего и вся, а на вечно хромую лошадь, которую никто почему то пока не застрелил.
В данный момент, абсолютно всё вызывало нереальную боль в голове, даже мысли. Через некоторое время это состояние начало отступать и ей стало чуть легче. Стук в дверь, в тишине комнаты прозвучал как гром.
– Дааа! – простонала Аулет, отметив что боль не возвращается, а значит можно уже осмотреться.
– Простите что потревожила. Могу я войти? – голос был достаточно грубым, но несомненно женским.
В полумраке было трудно что-либо разглядеть, но можно было понять что комната не большая и не сильно перегруженная мебелью.
– Да, можно.
В комнату вошла женщина и сразу же направилась к занавескам. Не успела Аулет хоть что-то сказать, как резкий свет хлынул из окна, ослепляя её. Прикрыв глаза рукой, она мысленно проклинала уже не только эту женщину, но и весь мир.
«Кто придумал, что свет должен быть таким ярким?»
Пусть головная боль и отступила, но уж лучше бы была она. Ибо на смену боли пришёл какой-то давящий вакуум. Хотелось спать, но при этом закрывая глаза, она не могла провалиться в сон. Женщина которой она разрешила войти, сразу же принялась создавать шум, из-за чего Аулет резко захотелось запустить в неё чем-то тяжёлым.
– Вы можете потише? – простонала она, стараясь уж совсем откровенно не хамить.
– Ну извините! Мне уборку надо сделать, а то вас привезли да сразу в комнате положили. А тут уже давно не убирались!
– А у вас в порядке вещей жить в не убранном доме? – пытаясь проморгаться, недовольно произнесла Аулет.
– Господин Ариан обычно заранее предупреждает, если планирует кого-то поселить в этом доме. – коротко ответила она, и судя по тону Аулет ей не нравилась. Нотки пренебрежения были слишком очевидны.
– Хорошо. Я поняла. А сколько времени прошло? – решила сменить тему девушка. Несмотря на головную боль, ей хотелось понять, как из темницы оказалась в доме.
– Вас привезли ночью, а сейчас уже полдень, – коротко ответила эта тучная женщина, смахивая пыль с небольшого столика.
Потихоньку Аулет пыталась восстановить события в своей голове, но различные фрагменты всё никак не складывались. Она помнила, как её допрашивали, но лишь самое начало. Всё остальное кануло в тумане.
«Походу у меня уже входит в привычку просыпаться в незнакомых местах.» – усмехнулась она, осознавая всю правдивость этих слов для себя.
– Лучше на кухню сходи, там тебя Миель покормит. Пока я тут уберусь, мне надо и постель перестелить и полы помыть, – сообщила женщина, не отвлекаясь от уборки.
Теперь Аулет могла рассмотреть её лучше. Это была особа уже давно за пятьдесят, не очень приятной наружности. Тонкие обветренные губы, выпученные глаза как у рыбы, высокий лоб. Светлые волосы стянуты в пучок, но видно, что по состоянию они как солома. Её большие руки были исчерчены множеством мелких царапин, а сама кожа была сухой и видно, что шелушилась.
– А где кухня? – решила она всё же поинтересоваться, потому как желудок уже начал весьма непрозрачно намекать на то, что пора бы поесть.
– Выйдешь из комнаты, сразу налево. Там по лестнице вниз, в подвал, а из подвала выйдешь на кухню, – уже более благодушно отозвалась женщина.
– Спасибо.
