- Вас стучать не учили, когда заходите ночью к девушке?- злобно спросила я внезапного гостя.
Нет, ну где это видано, чтобы в комнату к девушке входили без стука, да к тому же ночью. Я не хочу, чтобы он здесь находился, он мне не нравится. У меня чувство, что общение с ним ни к чему хорошему не приведёт. С Миликой я подружилась, но не думаю, что смогу подружится с её братом.
- Прошу прощения, я услышал песню и пришел послушать, у меня не было дурных намерений, - чинно поклонившись, сказал он.
- У меня к вам просьба, не могли бы вы покинуть комнату, я не хочу вас обидеть, просто мне немного неуютно, когда я не совсем одета, а со мной в комнате находится незнакомый мужчина, - попросила я.
Нет, ну серьёзно, я бросаю на него недовольные взгляды, а он даже бровью не повёл. Неужели я не ясно выразилась?
Меня прям дрожь пробирает, когда он рядом...
Он отошёл от стены, я уже было подумала, что он уходит, но нет. Он пошел прямо к кровати, на которой я сейчас сидела, запутавшись в одеяле. В лунном свете его глаза горели золотом. Это выглядело пугающие, от страха я доползла к противоположному краю кровати. Меня пробила дрожь, я не могла оторвать взгляда от его глаз, в котором не было нечего, кроме зверского голода.
Он подходил к кровати в тишине, двигался он плавно, как хищник.
И вот он уже у кровати, я была близка к тому, чтобы закричать от страха, но меня спасли...
Неожиданно на шее мужчины сомкнулись руки и резко потянули его назад, от этого резкого и неожиданного движения мужчина потерял равновесие и упал.
Спиной ко мне встала Милика. Она подняла руку и резко замахнулась, ударив брата по щеке. Глаза мужчины перестали гореть огнем, и он встал, не сказав ни слова, вышел, напоследок бросив на меня взгляд, который не обещал мне ничего хорошего. Как только Нэй вышел, Милика резко обернулась и посмотрела на меня, её глаза, как и мгновение, назад у её брата горели золотом.
Неожиданно по моим щекам скатилась слеза, а затем ещё, и вот я уже рыдаю, положив голову на согнутые колени в одеяле. Слёзы все никак не хотели останавливаться. Кровать прогнулась, Милика уложила мою голову к себе на колени и стала гладить мои растрепанные волосы, и при этом шептала что-то успокаивающее.
Как только я сюда попала, я старалась не вспоминать родителей, иначе я б расплакалась от того, что они там за меня волнуются, переживают и мама, наверное, уже все слезы выплакала. Возможно, не было бы так больно, если б в этом мире нормально относились к людям, а так я постоянно боюсь, что меня могут убить, да и взгляды, которые на меня бросают местные жители оптимизма не прибавляет. Я старалась ради родителей не расстраиваться, я любым способом вернусь обратно.
Если бы не этот случай, если бы он меня так не напугал, возможно, я бы сейчас не рыдала, лёжа на коленях Милики, этот случай стал последней каплей. Я как можно скорее обязана вернуться домой.
От поглаживаний по голове мои слезы немного сошли на нет, я лишь изредка всхлипывала.
Оказывается, это меня сильно вымотало, меня начало клонить в сон.
- Поспи, завтра тяжёлый день, и прости за всё, завтра я с тобою поговорю, а пока спи.
Она встала с кровати, поцеловала меня в лоб и ушла. А вдруг он опять вернётся?
Но тут я услышала щелчок замка, что означало, что дверь заперта, на душе стало легче, и я спокойно уснула.
***
- Ты, конечно, прости меня, но я эту хрень не надену, - упрямо сказала я.
Час назад меня разбудила Милика и сказала, что пора собираться, скоро мы поедем к магу. Ещё сонная я ей кивнула и она убежала из комнаты, крикнув мне напоследок, чтобы я поторапливалась. Я пошла в ванну и ужаснулась, увидев себя в зеркале, волосы были спутаны и торчали в разные стороны, под глазами были синяки, да и лицо у меня какое-то бледное. Я немного постояла под душем и вернулась в комнату. Одела обратно джинсы, но рубашку я уже одеть не могла. Я ведь в ней спала, и теперь она была вся смятая.
Я понимая, что это слишком нагло, пошла, раскаиваясь и извиняясь, за другой рубашкой, на этот раз белой.
Подождав, пока волосы высохнут, я попробовала их затянуть резинкой, что лежала у меня в сумке, но короткие кудрявые пряди никак не хотели это делать, поэтому я оставила их распущенными, благодаря чему походила на одуванчик. Не люблю свои волосы из-за того, что они постоянно торчат.
Через пятнадцать минут ко мне зашла Милика, осмотрела меня с ног до головы, задержала взгляд на рубашке и хмыкнула. Как и тогда, что я такое сделала?
- Почему ты так странно хмыкнула? - подозрительно спросила я, - вчера утром в коридоре ты и Арас сделали это тоже.
- В этом нет ничего странного, у нас, оборотней, сильно развито обоняние и мы учуяли, что на тебе рубашка Главы, да все оборотни это почувствовали.
- Ой, что правда? - я смутилась от осознания того, что все знали, что я в чужой мужской рубашке, да к том уже, которую я взяла без спроса.
- Да, но в этом нет ничего плохого, и вот ещё, ты смело можешь здесь брать что захочешь, тебе из-за этого ничего не будет, - улыбаясь, сказала она.
