– Я так полагаю от меня,– в дверном проеме показались очертания женского силуэта. И сильно запахло чем-то сладким. Запахло – это мягко сказано. От этого запаха першило в горле и нещадно щипало глаза. Я зажала нос рукой, пытаясь дышать ртом.
– Кто это?– прохрипела я.
– Умертвень,– пояснил Илья, не отрываясь от своего занятия. – Это оно тебя выкрало средь бела дня. Оглушающее заклинание? Я правильно понял.– Обратился он к тому, что стояло в проходе.
– Кто?
– Человек, который безвременно погиб, но все еще хочет жить,– всхлипнуло существо.– Я так молода, красива. Почему я? Это не справедливо.
– Бедняжка,– пожалела я ее.
– Разве можно назвать жизнью твое существование?– грубо перебил Волк.– А, ты не спеши ее жалеть. Чтобы поддерживать жизнь, эта мерзость жрет людей.
Тут же захотелось закричать от ужаса, но из-за того что горло свело спазмом получился жалкий писк.
– Цыплёнок! Маленький, желтенький (это она про мой свитер) и, наверняка, такой же вкусный!– засмеялась женщина и вышла из тени.
Я отшатнулась. Некогда красивое, молодое женское тело было сплошь покрыто трупными пятнами. Кое-где плоть висела лоскутами, оголяя кости. Толстый слой косметики на лице не мог скрыть одутловатости и черных кругов под глазами. Челюсть еле держалась на двух жилах и была подвязана ажурной розовой лентой. Видимо, чтоб не отпала совсем.
– Сколько тебе лет, деточка?– обратилась ко мне тухлятина на ножках.
– Восемнадцать,– промямлила я.
– О, как ты юна, свежа! Я сама была чуть старше тебя, когда со мной приключилось несчастье.– Умертвень печально вздохнул,– ты верующая?
– Кто? Я?
Страх и невыносимая вонь явно влияли на мои умственные способности.
– Д-да.
– Я тоже… была… но, кажется, я слишком много грешила. И для меня не нашлось места ни в раю, ни в аду. Не волнуйся, деточка, я помолюсь за тебя, обгладывая твои кости.
При этих словах мертвечина обогнула один из саркофагов и бросилась на нас. Я взвизгнула и спряталась за спиной Волка.
– Не волнуйся, она не пройдет,– успокоил меня Илья.
Я посмотрела через его плечо. Те узоры, что он чертил в воздухе, тускло мерцали, создавая между нами и дохляком стену, через которую последний пытался пробиться.
– Маг, конечно маг,– бормотал умертвень себе под нос, царапая преграду,– то-то я смотрю, совсем не испугался. От девчонки за версту страхом несет, а этот… Маг, конечно маг.
– От кого еще тут несет,– обиделась я.
– А-а,– завопило чудище и бросилось на стену всем туловищем. Я вздрогнула и обняла Илью за талию. Он нежно погладил мои руки, от чего я сильно смутилась, но из объятий его не выпустила. Мне так спокойнее. За его могучей маговской спиной.
– Все будет хорошо. Стена крепкая, непроходимая для нечисти. Ребята скоро нас найдут и спасут. Я оставлял за собой маячки.
– Вот эти?– спросил умертвень, достав маленькие белые кристаллы на шнурочках.
Илья ничего не ответил, но я почувствовала, как его спина напряглась. Тухлятина сжала кристаллы в руке, и те, рассыпавшись, заструились песком сквозь пальцы. Вот это силища! Такую бы мощь да на благо Отечества, а не молодежь запугивать по склепам и кладбищам.
– Илюша, что делать будем? – прошептала я.
Он развернулся, и, притянув к себе, обнял.
– Скажи еще раз,– попросил он.
– Что?
– Назови меня по имени. Так же ласково.
– Ты в своем уме?
Нет, мне не жалко. Но у парня, похоже, не все дома.
– Нас так-то сожрать пытаются,– напомнила я.
– Плевать. Скажи еще раз.
Я не успела ничего ответить. Снаружи раздался оглушительный свист, и где-то совсем рядом бабахнуло.
– Что это?– испуганно спросила я.
– Я же говорил, нас найдут. Ребята! Мы здесь!
Через секунду в склеп ввалились двое бородатых амбалов и Антон.
– То самое вонючее сборище тестостерона,– сказал, улыбаясь, Илья.
"Вонючее сборище", недолго думая, попыталось схватить мертвяка. Та извернулась и одним ударом отбросила ребят в другой конец склепа, сильно припечатав их о стену. Пока они приходили в себя и пытались встать, умертвень бросилась на Антона. Щуплый на вид парнишка оказался довольно прытким. С грацией кошки он запрыгнул на ближайший из саркофагов. И одним ударом раздробил челюсть чудовищу. То завыло диким зверем и бросилось к выходу. Но его там ждал сюрприз. Как, собственно, и меня. Риана! В своей розовой юбочке, тоненькая, маленькая девочка. Она смотрела на умертвеня своими большими фиалковыми глазами и улыбалась. Коварно улыбалась. Я бы даже сказала зловеще.
– Анбрах!– крикнула девчушка.
Через секунду бабахнуло с такой силой, что я на время оглохла и потеряла ориентир. Как в замедленной съемке я наблюдала, как взрывается мертвое тело. Как ошметки плоти разлетаются по всему склепу, прилипая к стенам, полу, потолку, рассерженным лицам амбалов, кипельно-белой футболке Рианы. До нас с Ильей куски мертвечины не долетали. Натыкаясь на волшебную мерцающую стену, они медленно соскальзывали на пол кучками, оставляя после себя мерзкий след коричневатой слизи. Из оцепенения меня вывело недовольное фырканье Рианы:
– Может, хватит тискать друг друга? Даже в такой ситуации ты, дорогой братец, умудряешься флиртовать.
