Казалось бы, после политического поражения Л. Б. Красина и его коллег по Совнаркому слияние правительства с партией под эгидой последней должно было стать полным. Однако ничего подобного в действительности не произошло. На извечный российский вопрос «Кто виноват?» можно было – с некоторой натяжкой – дать «извечный» партийный ответ: «Троцкий!»
Присутствие посторонних (неделегатов) на XII съезде РКП(б) 1923 г. большевистские вожди строго ограничили, хотя желавших присутствовать было много. Особо интересовал партийцев ставший легендарным доклад Л. Д. Троцкого о промышленности. А. И. Рыков писал А. С. Енукидзе, ответственному за техническую организацию съезда: «Авель! Я не получил ни одного билета для гостей и испытываю ропот и натиск со стороны товарищей по работе, коммунистов – приятелей личных […] подчиненных и т. п. / Нельзя ли, чтобы откупиться от[о] всех и вся, получить билет для гостей, причем такой, который даст право только на одно заседание? Я бы роздал тогда трем-четырем товарищам, соблюл бы свою репутацию и не стал бы прятаться. / А то все ссылаются на других и говорят, что я своих подчиненных и товарищей обижаю, звонят […] ловят на съезде, пишут записки [и] т. п. А. И. Рыков. P.S.: Если это сделать почему-либо неудобно, тогда черт с ними, выгоню всех – но билет на
