Ученые, видевшие в психологии естественную науку, отвергли метафизический язык и субъективные методы. Некоторые би- хевиористы считали, что это в конечном счете изгонит из психологии пережитки веры в духовный мир. Научная психология категорически размежевалась со своим донаучным прошлым, с псевдонаукой и с житейскими представлениями, которые считались несовместимыми с наукой. Психологи отождествляли развитие своей дисциплины с прогрессом и потому начали кампанию против псевдонауки. Направленная отчасти на поддержание авторитета собственной профессии, эта кампания напоминала и крестовый поход против суеверий.
В этом разделе речь пойдет о разграничении научной психологии и парапсихологии. Большинство психологов смотрит на изучение экстрасенсорного восприятия (ЭСВ) как на попытки проникнуть в область невозможного или, по меньшей мере, неправдоподобного, чем могут заниматься только люди странноватые, «энтузиасты». Однако некоторые исследователи проявляли к этим феноменам интерес, вследствие чего от них требовалось определить границы объективности в познании. И как бы ни относились к парапсихологии научные психологи, широкая публика неизменно была ею заинтригована.
Феномены ЭСВ, возможно, имели место и раньше, но современная история парапсихологии ведет отсчет со второй половины
XIX в. Именно в царствование королевы Виктории в Британии оживился интерес к спиритизму — контактам с миром теней, в котором искали смысла существования, утешения и сведений о загробной жизни. Врачи же и физиологи объясняли транс, столовращение, материализацию духов и другие подобные явления тем, что знахари и фокусники вводят людей в состояние гипнотического сна. Споры относительно того, насколько можно доверять спиритам и насколько нравственно применение гипноза (поскольку нередки были случаи, когда под гипнозом женщины «теряли самоконтроль»), продолжались в течение столетия. Еще в 1784 г. научная и медицинская общественность Парижа бурно обсуждала «магнетизм» — лечение, которое предлагал австрийский врач Месмер; в конце концов, тот был объявлен шарлатаном. Многие ученые были солидарны с физиком Майклом Фарадеем (Michael Faraday, 1791–1867), который в 1853 г. с помощью аппарата, принесенного тайком на спиритический сеанс, показал, что вращение столика, приписываемое духам, является следствием нажатия рук нескольких сидящих вокруг стола людей. Хотя этот случай привел к росту скепсиса в отношении спиритов, само явление — неосознанные действия участников сеанса — представляло огромный психологический интерес. Но были и ученые с именем — такие, как соавтор Дарвина по теории естественного отбора Уоллес или французский физиолог, лауреат Нобелевской премии за работы по изучению иммунитета Шарль Рише (Charles Richet, 1850–1935), — верившие в то, что они видели на спиритических сеансах.
В 1882 г. группа британских интеллектуалов, недовольных тем, что они считали засильем научной картины мира, основала Общество психических исследований (Society for Psychical Research). На протяжении многих лет оно находилось во главе объективных исследований экстрасенсорных феноменов и век спустя все еще проявляло активность. Его первый президент Генри Сэджвик (Henry Sidgwick, 1838–1900) преподавал философию в Кембридже, а его жена, Элеонора Сэджвик (1845–1936), также активный член Общества, была директором Ньюхэмского колледжа — первого колледжа для женщин в Кембридже. Спустя четыре года многие из спиритов во главе с Э. Доусоном Роджерсом (Е. Dawson Rogers), недовольные тем, что Общество ничего не делало для поднятия их престижа, покинули его. Этот раскол продемонстрировал различие между сторонниками применения объективных методов и теми, кого в спиритизме привлекала вера как целительная или духовная сила. Любое исследование экстрасенсорного восприятия грозило расколом. Об этом свидетельствовала из раза в раз повторяющаяся борьба исследователя с медиумом и спиритом, которого тот должен был изучать, — борьба за контроль над условиями исследования. Психологи, обычно мужчины, хотели держать эксперимент под своим контролем, чтобы потом они могли с авторитетом подтвердить правоту спиритизма, убедить своих коллег-скептиков и отвоевать для своих исследований научный статус. Но сами объекты исследования, которыми чаще оказывались женщины (хотя были и известные медиумы-мужчины), главным считали установление не контроля со стороны ученых, а контакта с потусторонним миром.
