— В любом случае в том, что я им сказал, есть некоторая доля правды. Да, ты не больная, не отрицаю. Но спокойной тебя нельзя назвать. Тебя вполне довести так, что ты сама докажешь всем свой несносный характер. И в этом ты немного похожа на своего бывшего парня, который, однако, вообще заводится с полуоборота.
— Не смейте упоминать этого ублюдка! Не смейте даже произносить имя одного из своих сообщников.
— Это правда, милая. Хоть ты всегда считала себя сильной, карьера модели сделала тебя намного уязвимее. Она сделала тебя уверенной в своей красоте, но лишила нервов и превратила в озлобленную девицу.
— Да что вы говорите!
— Хочешь я скажу тебе, почему ты так одержима своей работой? Да потому что ты хочешь доказать всем, что хоть чего-то стоишь! Хочешь показать тем, кто тебя оскорблял и унижал, что ты больше не та несчастная, неуверенная в себе страшненькая девочка. Снимаясь для журналов и ходя по подиуме, ты снова и снова даешь всем понять, что стоишь миллион долларов. Поклонники засыпают тебя комплиментами, и это греет тебе душу. Заставляет чувствовать себя намного увереннее.
— А когда это вы успели податься в психологи?
— Я кое-что понимаю в психологии и могу сказать, что каждый из себя представляет, — уверенно отвечает Саймон. — Именно благодаря этому я легко убеждаю людей в том, что мне нужно. Я — психолог от рождения! Знаю, как управлять любым человеком. К тому же, некоторые люди, с которыми ты работала когда-то давно, рассказали мне о твоих психозах. О твоих истериках, которые ты устраивала после того, как обрела популярность по всему миру. Так что я не так-то просто говорю всем, что ты совсем не такой невинный ангел, каким хочешь казаться.
— Я понятия не имею, о чем вы говорите.
— Будешь и дальше отрицать, что вела себя как королева? Что ты запросто могла закатить истерику за пару минут до съемок или вообще отменить их!
— Я никогда не устраивала истерик.
— Да? Может, мне напомнить тебе о сорванной съемке в начале десятых годов, которую ты сорвала из-за того, что тебя не устраивали условия работы? Или как ты истерила, когда люди отказывались идти тебе на встречу? А, Кэмерон? Забыла об этом? А вот некоторые люди помнят! Они
— А я могу привести к вам любого, кто подтвердит, что все это ложь. Могу доказать, что людям очень комфортно работать со мной, и я никогда не устраивала таких истерик, о которых вы говорите.
— Ах, дорогая моя… — с легкой улыбкой вздыхает Саймон. — Ты можешь сколько угодно отрицать это. Но рано или поздно люди все равно узнают, что ты вовсе не такая святая, какой тебя считают. Многие молчат из страха потерять работу и быть затравленными из-за якобы лжи. Прямо как это случилось со мной, когда все узнали, что тебя оклеветали. Точнее, пытался доказать людям, что ты не ангел. А может, ты угрожаешь уничтожить их, если они что-то расскажут… Или твои менеджеры грозятся засудить любого, кто посмеет сказать про тебя что-то плохое.
— Твою мать, да делайте вы что ХОТИТЕ! — отчаянно вскрикивает Ракель, вытирая слезы со своей щеки. — Только оставьте меня в покое! ОСТАВЬТЕ МЕНЯ В ПОКОЕ!
— Ни за что.
— Прошу вас, Саймон, забудьте о мести и прекратите меня мучить… — Ракель тихо шмыгает носом. — Пожалуйста… Остановись… Я уже больше не могу той жизнью, какую вы мне устроили…
— Нет, Ракель, я ни за что не остановлюсь и рано или поздно добьюсь своего, — уверенно заявляет Саймон. — И сейчас мне будет намного легче сделать это, ибо я убрал с дороги почти всех, кто может как-то помешать мне осуществить мои мечты.
— Что вам сделали все, кто меня окружает, раз вы добрались до них и запугал их? Я не понимаю! И главное как?
— Об этом я тебе уже рассказал в прошлый раз.
— Ах, рассказывали…
— Неужели ты до сих пор не веришь мне и считаешь, что твоя подружка не предала тебя из зависти к твоим успехам?
— Не напоминайте мне об этой предательнице! Так же, как и о том, кто является еще одним вашим сообщником. С кем вы сговорились еще до того, как я встретила вас.
— М-м-м, имеешь в виду своего бывшего? Ну да, ну да… Один из тех, кто также бросил тебя в такой тяжелый момент…
— Слушайте, Рингер, может, вы оставите в покое хотя бы тех, кто всего лишь оказался вашими жертвами и поверил лжи обо мне?
— Ну я еще подумаю, стоит мне и дальше издеваться над ними. Кто знает, может мне
— Что вам сделали все те люди, раз вы и на них обозлились? Мои родственники и друзья не имеют к нашим с вами делам никакого отношения.
— Почему не имеют? Имеют! Они связаны с тобой!
— Хватит, Рингер, остановитесь! — громко, отчаянно умоляет Ракель. — Мы больше не можем жить такой жизнью, которую вы нам устроили. Не мо-же-м! Поймите это!
