— Надо же! — ехидно усмехается Ракель. — Значит, на эту прошмандовку ты готов тратить миллионы, а мне за время нашего отношений даже жалкого браслета не купил! Не сделал НИ ОДНОГО ПОДАРКА!
— А за что тебе дарить подарки? — с широко распахнутыми глазами удивляется Терренс. — ЗА ЧТО? Ты не заслужила даже самую дешевую и простую цепочку! У тебя бы была куча этих побрякушек, если бы ты любила меня. Но я не собирался ничего дарить эгоистичной стерве, которая НИКОГДА меня не любила и ВСЕГДА думала лишь о себе.
— А эта Рэйчел, твою мать, заслужила!
— ЗАСЛУЖИЛА!
— И почему же? Какого черта ты втюрился в эту Рэйчел? Чем же она завлекла тебя? Грудью? Задницей? А может, способностями в сексе?
— Я тебя удивлю: люди любят не только за это, но еще и за другие вещи.
— Ой-ой, тоже мне эксперт любовных отношений!
— Я не буду все подробно объяснять, ибо ты все равно никогда не поймешь. Ты не любишь никого, кроме себя. Тебя наплевать на других. У тебя на первом месте только ты одна.
— Как будто ты кого-то любишь! И замечаешь кого-то, кроме себя!
— Я ВСЕГДА ставлю близких превыше всего!
— Да что ты говоришь!
— Это ты, самовлюбленная эгоистка, думаешь о том, чтобы тебе было хорошо. Чтобы все плясали вокруг тебя и выполняли твои капризы. Хотя сама ты даже и не думаешь ничего делать для других.
— Мне все равно, что ты думаешь, — сухо бросает Ракель. — Все равно, что думают обо мне люди и твоя драная кошка, которую ты подобрал на какой-то помойке.
— Ну вот ты и призналась в том, что тебя волнует только собственная персона!
— У меня только одна забота — как решить свои чертовы проблемы и заставить Саймона ответить за все, что он со мной сделал.
— Неужели? — слегка округляет глаза Терренс. — А ты разве что-то делаешь для того, чтобы их решить?
— Ну не я же развлекаюсь с одной белобрысой проституткой.
— Да? — Терренс резко отпускает руки Ракель, хотя и продолжает стоять вплотную к ней и уверенно смотреть ей в глаза, пока та смотрит на него с огромным презрением во взгляде. — А я-то думал, что ты уже давным-давно развлекаешься со своим дружком из полиции. Бегаешь к нему каждый день и развлекаешься с ним… Напрочь забыла о том, что у тебя, мать твою, был ПАРЕНЬ!
Данное абсурдное заявление приводит Ракель в шок. Девушка широко распахивает глаза и удивленно смотрит на Терренса, который часто дышит, словно разъяренный бык, готовый броситься на свою жертву и что-нибудь с ней сделать.
— Ты в своем в уме? — постучав пальцем по виску, громко спрашивает Ракель. — Это к какому это дружку из полиции я бегаю?
— Который якобы обещал помочь тебе! — грубо бросает Терренс. — Как его там? Хадсон? Картер?
— Хантер!
— КАКАЯ, ТВОЮ МАТЬ, РАЗНИЦА!
— Ты долго думал, прежде чем это сказать? Или ВООБЩЕ МОЗГИ ОТКЛЮЧИЛ?
— Говоришь, для тебя он всего лишь друг? Типа он долгое время за тобой бегал, но ты отвергала его? — Терренс ехидно усмехается. — Да видно, твою мать! Видно, что ты все-таки решила обратить на него внимание! Или по крайней мере сделать вид, что он тебе нравится! Чтобы этот мудак согласился помочь тебе. И ты без раздумий согласилась. Потому что просто не могла не воспользоваться шансом в очередной раз покувыркаться в кровати. И ИЗМЕНИТЬ ЧЕЛОВЕКУ, С КОТОРЫМ ТЫ СОСТОЯЛА В ОТНОШЕНИЯХ!
— Слушай, МакКлайф, ты совсем умом тронулся? КРЫША ПОЕХАЛА ОТ КРАСОТЫ ЭТОЙ ВЫДРЫ? ЧЕГО ОНА ТАМ ТЕБЕ ЕЩЕ НАПЛЕЛА ПРО МЕНЯ?
— Не смей это отрицать!
— Или же ты рвешь и метишь из-за того, что твоя карьера певца не складывается? Злишься, что тебя нигде не хотят видеть, ибо твоя звездочка уже давно закатилась?
— Что, Кэмерон, думала, я не узнаю о твоих похождениях? Думала, что можешь и дальше делать из меня идиота? — Терренс уставляет свой холодный взгляд в глаза Ракель. — ОШИБАЕШЬСЯ, МИЛОЧКА!
— Да как ты смеешь обвинять меня в подобном? — приходит в ярость Ракель, крепко сжав руки в кулаки.
— А как ТЫ смеешь обвинять меня в том, что я скачу по койкам? — Терренс презрительно усмехается. — ТЫ НЕ ИМЕЕШЬ НА ТО ПРАВО! Знаешь, что у тебя самой полно грешков, но отказываешься это признавать! Да еще и обзывает других людей проститутками и кобелями.
— Уж вы с той белобрысой курицей как раз такие, — уверенно отвечает Ракель.
— Видно, ты забыла, что вся правда рано или поздно всплывает наружу. Даже если тебе ее сообщит другой человек, который прекрасно знает об этом.
— Твою мать… Да как ты мог такое подумать?
— Я был готов так или иначе смириться с твоим безразличием и дальше бы терпел тебя. Но я никогда… Слышишь, стерва… Никогда не прощу того, кто МНЕ ИЗМЕНЯЕТ!
— Как тебе в голову вообще могла прийти такая бредовая идея?
— Думаешь, я придумываю? ДУМАЕШЬ, Я, ТВОЮ МАТЬ, СКАЗКИ РАССКАЗЫВАЮ? МНЕ ОЧЕНЬ ХОРОШО ИЗВЕСТНО О ТВОИХ ПОХОЖДЕНИЯХ! И Я НЕ БЫЛ ГОТОВ С НИМИ СМИРИТЬСЯ!
— Да, МакКлайф, ты реально больной… Больной, да еще и выдумщик… — Ракель слабо качает головой. — Как можно было до такого…
