— Да, но это — ее семья! Ближайшие люди, которые точно в курсе истории с Саймоном, ее скандалов с Терренсом и ее ссоры с тобой. Лично мне кажется, что они точно осуждают ее за то, как она с тобой поступила. И уже успели высказать ей свое мнение.
— Ох, я не знаю, Эдвард… — тяжело вздыхает Наталия, убрав с глаз некоторые пряди волос. — Я понятия не имею, чего мне ждать. Может, все станет настолько хуже, что будет уже бесполезно надеяться на какое-либо чудо.
— Думаешь, надежды нет?
— Не исключаю. И… Может быть и такое, что я даже не смогу познакомить тебя с Терренсом… Я уже ни в чем не уверена. Правда.
— Слушай, что-то в последнее время ты совсем сникла, — задумчиво отмечает Эдвард. — Выглядишь слишком уж задумчивой и совсем потеряла веру в лучшее.
— Э-э-э, я? — слегка округляет глаза Наталия.
— Сейчас ты настолько сильно погрузилась в раздумья, что не заметила меня. И если честно, это несколько
— Я просто думала о том, что буду делать дальше, и что меня ожидает в дальнейшем. Вот и задумалась.
— Может, тебя что-то беспокоит? Может, есть что-то, из-за чего ты переживаешь?
— Ты прекрасно знаешь, из-за чего я переживаю.
— Ну может, я чего-то не знаю, а ты молчишь.
— Да нет… Просто… Э-э-э… — Наталия направляет прядь волос за ухо. — За последний год произошло столько всего, сколько за всю мою жизнь не случалось… Болезнь бабушки, ссора с подругой… А сколько раз меня обманывали после того, как мне наобещали кучу всего прекрасного.
— Ну знаешь, всех нас обманывают хотя бы раз в жизни, — слабо пожимает плечами Эдвард.
— Да, но… Из-за всего, что со мной происходит, я все больше начинает ощущать себя
— Что? — слегка округляет глаза Эдвард. — Неудачницей?
— В последнее время мне особенно не везет. Что бы я ни делала, у меня ничего не получается.
— Боже, Наталия, да что ты такое говоришь! Какая еще неудачница?
— Это правда, Эдвард. А в последнее время у меня будто бы вообще началась черная полоса.
— Неужели с тобой произошло что-то очень серьезное, раз ты начала так думать?
— Нет, но…
— Слушай, вот чем больше я с тобой разговариваю, тем больше начинаю убеждаться в своей правоте. Ты уже давно какая-то не своя! При первом нашем знакомстве за тобой не наблюдалось столь странных вещей, но сейчас тебя не узнать.
— Я просто переживаю из-за происходящего в моей жизни. Ты уже знаешь, что я была очень близка с Ракель, и как сильно дорога мне моя бабушка.
— Да, ситуация с твоей бабушкой действительно сложная. Но у твоих родителей есть возможность ее лечить. И лечение, как ты говоришь, проходит успешно. Да, это будет непростой путь, но я уверен, что она поправится.
— А как же моя подруга?
— И с подругой ты обязательно помиришься. Главное — не терять надежду!
— Ах, да я уже давно ее потеряла… — устало вздыхает Наталия. — Я просто живу и с ужасом думаю о том, что ждет меня завтра. К тому же… Я понимаю, что начинаю уставать ото всего… То есть… Уставать от
Эдвард резко переводит на Наталию свои слегка округленные глаза, почувствовав, как у него что-то защемило внутри после слов девушки о том, что она хочет исключить всех из жизни.
— В смысле, ты хочешь исключить всех из своей жизни? — неуверенно спрашивает Эдвард.
— Я бы хотела все бросить и уехать отсюда хотя бы на время, — с грустью во взгляде признается Наталия. — Может быть, в Мехико к маме и бабушке… Может быть, куда-то в другую страну или другой город… Было бы здорово устроить себе кругосветный круиз и путешествовать по всему миру. Поехать туда, где не будет чего-то, что заставило бы вспоминать все самое плохое, что произошло в моей жизни.
— Это значит… Ты хочешь уехать отсюда? Уехать… Насовсем?
— Нет-нет, я не говорю, что хочу уехать навсегда… Но если мне по-прежнему будет здесь плохо, я не исключаю, что все-таки останусь в Мексике.
Пока Наталия опускает взгляд на сложенные перед ней руки, Эдвард понимает, что что-то внутри начинает щемить еще сильнее, а сердце сжимается от одной только мысли, что она уедет отсюда навсегда.
— Неужели ты хочешь… — неуверенно произносит Эдвард. — Уехать?
— Да, Эдвард, хочу, — уверенно отвечает Наталия. — Думаю, если я поживу где-нибудь за границей пару месяцев и покатаюсь по миру, то мне удастся прийти в себя. Может, и тут все более-менее наладится…
Наталия устало вздыхает, уставив взгляд в одной точке.
— Если честно, я уже давно хочу совершить какую-нибудь поездку, — признается Наталия. — Однажды я устроила себе месячное путешествие по Италии, во время которого отлично отдохнула и познакомилась с новыми людьми. В этот раз я снова хочу сделать что-то подобное… Либо поваляться на пляже под солнцем, либо покататься на лыжах в горах… Пока не знаю, чего я хочу больше.
— Понимаю… — низким голосом произносит Эдвард.
