Эти два варианта легенды, резко отличные друг от друга, не дают возможности с полной точностью решить вопрос о происхождении шестого римского царя. Вероятнее, по-видимому, общепринятый вариант о латинском происхождении С. Туллия. Рассказ Клавдия в значительной степени основан на непонимании этрусских сказаний. (К этому вопросу мы еще вернемся ниже.) Во всяком случае, традиция приписывает С. Туллию такие конкретные и важные дела, которые едва ли могли быть выдуманы. Прежде всего — знаменитую реформу, состоявшую в учреждении имущественного ценза и в распределении в соответствии с ним политических прав и военных обязанностей независимо от сословной принадлежности. Далеко не все в ней достоверно, но самое ядро реформы производит впечатление подлинного факта. Далее, С. Туллию приписывается постройка городской стены. Остатки ее сохранились среди сооружений более поздней эпохи. Наконец, характерно чрезвычайно сочувственное отношение к С. Туллию традиции. Плебеи чтили его память ежемесячными возлияниями. Эти положительные черты предпоследнего римского царя не только служат лишним аргументом в пользу его историчности, но и подтверждают его неэтрусское происхождение.
С этой точки зрения показательно совершенно иное освещение традицией образа преемника С. Туллия — Тарквиния Гордого. Он — сын Тарквиния Приска, следовательно, этруск. Власть он захватывает насильственным образом, путем убийства своего тестя (Тарквиний был женат на дочери С. Туллия, свирепой Туллии). Правление его носило деспотический характер: он не считался с мнением сената, прибегал к казням, изгнаниям и конфискациям. Когда Тарквиний был изгнан из Рима, этруски пытались оказать ему помощь и восстановить на троне.
Таким образом, черты этрусского господства выступают яснее всего при последнем царе. Но остается спорным, было ли и здесь внешнее завоевание. Более вероятной, как увидим ниже, кажется гипотеза, что Рим ненадолго был захвачен этрусками только после смерти последнего царя.
Этрусское господство, если оно и имело место, не оказало заметного влияния на внутренний строй римской общины. Рим все время оставался латинским, несмотря на все «этрускизмы». Характерной чертой римской общины была ее двойственность. Она состояла из двух сословий: патрициев (с их клиентами) и плебеев.
Вопрос о характере и происхождении римских сословий очень сложен. Начнем с патрициев. Слово «патриций» происходит от pater (отец) и по-русски может быть передано понятием «отцовские». Что это означает? Вероятнее всего, «патрициями» первоначально называли тех, кто имел законных отцов и сами, в свою очередь, могли иметь законных сыновей. Иначе говоря, патриции жили на основах отцовского права (патриархата), при котором наследование имени и имущества идет по мужской линии и законными родственными связями являются только связи по отцу. Действительно, патрицианская семья была семьей резко выраженного патриархального типа. Отец семейства (pater familias) обладал абсолютной властью над всеми домочадцами: он имел право их казнить, продать в рабство и проч. Римские юристы называли это «правом жизни и смерти» (ius vitae necisque). Патрицианские роды (gentes, традиция насчитывает их 300) имели общее родовое имя. Это выступает в системе римских имен, которых у патрициев, как правило, было три: личное имя (praenomen, собственно, «пред`имя»), родовое имя (nomen) и семейное имя (cognomen), например Люций Корнелий Сулла, Гай Юлий Цезарь и т. п.
У патрициев долго держалось родовое наследственное право, требовавшее, чтобы имущество умершего оставалось в его роде. Это свидетельствует о былой общности имущества всех членов рода. Дольше всего сохранялась эта общность по отношению к земле. Традиция гласит, что у патрицианских семей царского периода в частной собственности находилось только по 2 югера (0,5 га) земли. По-видимому, речь идет только о приусадебном участке (сад, огород). Что же касается пахотной земли, а также угодий (луга, выгоны и проч.), то они находились в собственности всей патрицианской общины. Отдельные семьи имели на них только право владения (ius possessionis), а не частной собственности.
Из других признаков родового строя у патрициев можно отметить следы общего родового культа и общие родовые кладбища. В традиции сохранились намеки на то, что патрицианские роды практиковали разные способы погребения. Так, Цицерон[43] говорит, что еще на его памяти в роде Корнелиев был обычай не сжигать своих покойников, а целиком предавать их земле. Роды патрициев были экзогамны, т. е. членам одного и того же рода нельзя было вступать в брак.
