Ход ленинской мысли был таков, что революция для нашей страны не национальная катастрофа, а средство ее предупреждения или спасения, новая политическая основа для всестороннего развития цивилизации.
Февральская революция, свергнув царизм, не смогла в то же время решить основные общедемократические и общенациональные задачи (о мире, о земле, о борьбе с хозяйственной разрухой и голодом и другие вопросы). Это и стало внутренней пружиной развития революционного процесса в социалистическом направлении.
По мнению академика П. Г. Волобуева, Октябрьская революция в тех условиях представляла собой российский, отличный от западноевропейского варианта путь к современной индустриальной цивилизации.
Приведем точку зрения члена-корреспондента РАН Ю. А. Полякова, который считает, что особую важность в подготовке и проведении Октябрьской революции приобрел вопрос о возможности коалиции между большевиками и другими социалистическими партиями. По его мнению, в принципе коалиция была желательна и возможна. Но коалиция коалиции рознь. Ее содержание зависело от обстановки, от соотношения сил. Вопрос о коалиции возникал и до Октября, а в конце 1917 г. он практически не сходил с повестки дня, чуть ли не каждую неделю приобретая новые формы и наполняясь новым содержанием. На II съезде Советов правые меньшевики и эсеры предложили начать переговоры с Временным правительством об образовании кабинета, который опирался бы на все слои общества. Но ведь Временное правительство было уже свергнуто, и попытки его реанимации вели к полному отрицанию победы революции. Такая коалиция была бы попросту нелепой. Поэтому съезд не воспринял предложения правых лидеров, и они покинули Смольный.
Сразу после образования Советского однопартийного правительства вопрос о социалистической коалиции встал с новой силой, приобрел новые формы. Уже тот факт, что обсуждение вопроса о коалиции привело к серьезному — первому после взятия власти — кризису в руководстве партии, говорит о чрезвычайной важности вопроса. Ученый считает, что на этот раз не все возможности для компромисса были использованы. Пожалуй, большевики могли бы быть и поуступчивее. Слишком разнородны были социалистические силы.
Тем не менее коалиция со всеми действительно революционными силами, несмотря на все трудности, была все же возможна. Хотя блок с левыми эсерами в конце концов закончился неудачей, на определенном этапе он сыграл серьезную положительную роль и, главное, показал возможность объединения левых сил.
Любопытна и точка зрения американского ученого по вопросу оценки Октябрьской революции. А. Е. Рабинович — профессор Индианского университета (США), историк и политолог — считает Октябрьскую революцию одним из самых главных событий XX в. По его мнению, она стала поворотным пунктом в истории не только самой России, но и оказала в нашем столетии огромное влияние, как позитивное, так и негативное, на судьбы Европы. В частности, страх перед коммунизмом дал возможность определенным кругам в Германии привести к власти Гитлера. Что же касается второй части вопроса — был ли Октябрь трагедией, то он с определенностью утверждает, что нет.
А. Е. Рабинович отмечает две основные причины победы большевиков.
В результате победы Октябрьской революции произошли изменения в положении всех социально-политических сил страны. Пролетариат стал господствующим классом. Изменился характер деятельности партии большевиков. Она стала правящей партией. Противостояние новой власти составили свергнутые классы и выразители их интересов — монархические, буржуазные и мелкобуржуазные партии.
Революция поставила политические партии перед необходимостью четко определить свои позиции. Весь спектр политических сил, противостоящих большевикам, разделялся на три лагеря. Первый — откровенно антисоветский, его составляли
