На титульном листе первого тома аскархановского трехтомника стоит: "С последнего английского издания перевел д-р медицины А. Б. Головин". Сколько можно судить, сравнивая этот том с английским и немецким текстом, перевод вполне им соответствует. Что же касается двух других томов, то, хотя трудно утверждать с уверенностью, но некоторые соображения позволяют предполагать издательскую мистификацию. Несмотря на уверения переводчика, некоего "доктора медицины А. 3-го" (кто скрылся за этим криптонимом, неизвестно), что перед нами "полный авторизованный (то есть подтвержденный самим автором. - Ред.) перевод", мы скоро наталкиваемся на ряд несообразностей. Так, к третьему тому приложено обращение "от автора" с просьбой присылать любые сведения, относящиеся к телесным наказаниям, а примечание переводчика содержит обещание перевести и передать эти сведения автору. Обещание и просьба довольно странны, если учесть, что автор уже лет пятнадцать как покоился на эдинбургском кладбище. Далее, хотя текст перед нами явно переводной, местами даже напоминающий не лучшего качества подстрочник, в него включены фрагменты, также выдающие анахронизм. Приходится с вниманием отнестись к предуведомлению, украшающему титульный лист второго тома: "Полный перевод с английского... со многими дополнениями". Нельзя исключить, что в основе двух последних томов действительно лежит английский текст, возможно даже относящийся в какой-то степени к Бертраму. Однако определить долю участия в нем издателя И переводчика мы не беремся, равно как и отделить все "дополнения" от основы. Впрочем, в одном месте Н. Аскаржанов честно признает интерполяцию: составителем раздела "Розга в России" прямо назван А. 3-й. Достоверность различных сведений, вошедших в этот раздел, далеко не равноценна: так, автор, по-видимому, совершенно не знал, что телесные наказания были отменены для дворянства - при Екатерине Второй, а для духовенства - при Павле Первом, а также многого другого. Однако резкая и доказательная критика современного переводчику положения вещей - безусловно убедительна и составляет сильную сторону "дополнений". Не это ли обстоятельство и послужило некогда , причиной запрещения книги? Подробный анализ текста - проблемы его аутентичности выходит за рамки данной статьи. И мы, оставляя все эти вопросы на совести первых отечественных издателей "Истории розги", предлагаем ее читателю не только как интересное историческое исследование, но и как памятник нашей бесцензурной литературы, порожденной первой русской революцией и перестройкой.
РЕДАКЦИОННЫЙ СОВЕТ
Д-р В. Купер
ИСТОРИЯ РОЗГИ во всех странах с древнейших времен
(флагелляция и флагеллянты)
С последнего английского издания перевел доктор медицины А. Б. Головин
Том первый
ВВЕДЕНИЕ
Некий школьный учитель рассказывал, что в течение своей пятидесятилетней деятельности он нанес около полумиллиона палочных ударов и сто двадцать четыре тысячи ударов плетью! Если бы этот педагог жил во времена мудрого царя Соломона, то, конечно, он был бы мил и дорог сердцу последнего. Вот уж поистине образец учителя того "доброго старого времени", когда все преклонялись пред дисциплиной, не жалели розог и не потакали детям. Счастливые школьники наших дней имеют самое смутное представление о том времени и о той строгости, в которых жили и учились наши отцы и деды. Теперь наказание розгами почти вышло из моды; вообще, нынешняя розга это тень той, что существовала лет сто тому назад; ее можно сравнить с игрушкой, если представить себе ужасное орудие наказания давно прошедших, слава Богу, времен.
В те "давно прошедшие" времена розгу применяли далеко не к одним лишь мальчикам. Постепенно она возводилась до степени символа авторитетности, пред ней дрожали даже бородатые мужчины, в тиранических руках своих держали ее и короли, и завоеватели, и владетельные особы седой старины. В этом может убедиться каждый, обратившись к историческим источникам.
Телесные наказания известны чуть ли не со дня сотворения мира: об этом повествуют нам самые древние авторы. И нет никакого сомнения в том, что розга оказала огромное влияние на судьбы человечества, причем в эволюции общего прогресса разновидности телесного наказания играют довольно видную и интересную роль. Из истории язычества мы черпаем массу сведений о тех многоразличных родах телесного наказания, где розга занимала первое место. Так, например, спины колодников, рабов и пленных подвергались безжалостной и как бы на роду написанной им экзекуции розгами. Плеть или, как ее принято называть в общежитии, плетка явилась на сцену гораздо позже, уже во времена христианства. Особенно хорошо известна была розга древним персам, и даже знатнейшие в государстве не были избавлены от наказания ею, причем существовал обычай- еще и теперь практикующийся кое-где на Востоке - после экзекуции приносить всеподданнейшую благодарность за "милостивое наказание". Такой "этикет", к сожалению, еще недавно был в моде среди особенно жестокосердых педагогичек.
