- Я выдержу сорок ударов, не моргнув глазом, президентша, - отвечал я с горячностью.
- Превосходно, - сказала прелестная женщина, слегка улыбаясь, -я вам напишу записку к одной из дам-членов клуба, которая даст вам сорок ударов, и мое решение будет зависеть от того, что она мне напишет о вас.
Она взяла листик почтовой бумаги и, написав на нем несколько строк, вложила в конверт, заклеила его и передала мне, сказав следующее:
- Вот вам записка к ней, это совсем недалеко отсюда, в четвертой авеню, мм Б. П. Я нарочно выбрала для вас одну из наших самых опытных флагеллянтш... Если вы действительно такой ярый адепт флагелляции, как вы уверяете меня, то вы. вполне насладитесь, получив от нее сорок ударов дамским хлыстом. Она даст вам их опытной рукой. Итак, отправляйтесь к ней сейчас же, - я буду вас ждать с ее ответом здесь в два с половиною часа.
В восторге от такого счастливого случая, как подвергнуться сечению рукой светской женщины, я вскочил в первый попавшийся мне кэб и велел везти меня по данному мне адресу.
М-м Б. П. занимала прекрасный особняк, стоявший в громадном саду.
В прихожей я застал целую толпу рабочих, занятых обтяжкой стен материей в то время, как другие рабочие расставляли разную мебель и деревья в кадках.
Передав лакею письмо, я вскоре был введен в гостиную, где все было в страшном беспорядке: мебель составлена в кучу, покрыта чехлами, и несколько обойщиков работали над украшением стен гирляндами из цветов и электрическими лампочками.
Вдруг открылась одна дверь, и в комнату влетела, как вихрь, хозяйка дома, довольно интересная, стройная, высокая блондинка, одетая в кружевной капот. Она держала в руках записку президентши и попросила меня пройти в ее будуар.
- Она просто с ума сошла, полковница! Посылает ко мне выпороть кандидата! Ведь она отлично знает, что сегодня вечером я даю бал, и у меня положительно нет минуты свободной. Нет, воля ваша, она совсем одурела; в клубе шестьдесят флагеллянтш, и непременно я должна вас высечь!
Говоря это, она все время ломала себе руки.
- Послушайте, сказала она, я вас отделаю в одну секунду, у меня тут где-то есть дамский хлыст - в одном из ящиков.
Мне кровь бросилась в голову, когда я услыхал эти слова. Я уже начал расстегивать подтяжки, но тут кто-то постучался в дверь.
В комнату вошла горничная, девица высокая, на вид очень сильная; взглянула она на меня так, словно я ей великое зло однажды сделал.
- Барыня, -сказала она, -портниха пришла.
- Портниха! - вскрикнула хозяйка дома, ломая пальцы рук и хватаясь за голову. - Боже мой! Вы видите, - сказала она, обращаясь ко мне, - что я не могу, вы меня уж извините. Я поручу вас наказать горничной, а пока приготовлю для вас удостоверение; ведь для вас это должно быть безразлично, - вам главное получить удостоверение?! Бетти, - сказала она горничной, проведите этого господина в свою комнату и дайте ему сорок хороших ударов хлыстом по голому телу. Ведь у вас есть хороший хлыст?
- У меня все есть, что нужно, - отвечала горничная, не скрывая своего неудовольствия, - но дело в том, что сейчас серебряник принесет из чистки серебро, и нужно, чтобы я проверила его.
- Ну, это глупости, ведь не час же вы будете давать ему сорок ударов! Дайте их ему поскорее, а если придет серебряник, то поручите высечь его Луизе.
Сказав это, она быстро ушла, как обрывок тучи в ветреный день.
Горничная сухо велела мне следовать за ней. Она поднялась по бесконечной лестнице в самый верхний этаж особняка.
- Это просто безобразие, - ворчала она сквозь зубы, - постоянно мне приходится нести подобную обузу. Извольте пороть мужчин! Если бы это меня забавляло; я не член их дурацкого клуба, и мне наплевать на их грязную забаву! Я больше тороплюсь, чем барыня, портниха могла бы свободно подождать, она не пропала бы! Серебряник - это другое дело, нужно принять от него счетом. Потом не хватит - я же буду отвечать, а не барыня!
Наконец мы поднялись и вошли в ее комнату, бывшую в полном хаосе: платья валялись вместе с грязными полотенцами на мебели и на полу.
- Ну, живо, раздевайтесь, - сказала горничная, - у меня нет времени с вами прохлаждаться! Я покажу барыне, как поручать мне вместо себя пороть мужчин! Эти сорок ударов вы будете всю жизнь помнить!..
Она стала торопливо искать в ящиках хлыст. Я рассматривал здоровенную девицу, грубую, с насупившимися бровями, очень густыми и соединявшимися на лбу, что придавало ей особенно повелительный вид. Я начал испытывать некоторый страх в ожидании ударов, которыми она меня пугала и которых, возможно, я не в силах буду выдержать, а тогда прощай моя надежда попасть в члены клуба! Но тут постучали в дверь, и вошла довольно некрасивая девочка лет пятнадцати.
- Мадмуазель Берта, - сказала она, - пришел серебряник и просит вас сейчас же придти и проверить серебро, так как он не может ждать ни одной минуты...
