Король Фердинанд, правивший в 1914–1927 гг., сыграл важную роль в образовании и укреплении нового объединенного государства. Пятнадцатого октября 1922 г. в кафедральном соборе Объединения в Алба-Юлии состоялась церемония коронации Фердинанда и королевы Марии в качестве государей объединенной Румынии. В годы его правления претворялась в жизнь программа по завершению объединительного процесса, развития и модернизации общества, что происходило на фоне кризиса династии в 1925 г., когда наследный принц Кароль отказался от этого права и выехал за рубеж вместе со своей возлюбленной Еленой Лупеску. Все попытки Фердинанда убедить Кароля вернуться оказались тщетными, и тогда на совместном заседании 4 января 1926 г. обе палаты парламента, приняв к сведению факт отказа наследного принца от трона, провозгласили Михая, сына Кароля, наследником короля Фердинанда. Каролю запрещалось возвращаться в страну, были предусмотрены также меры в отношении тех, кто мог бы выступить против этого принятого в январе 1926 г. решения. В 1927 г. король Фердинанд скончался, и наследником стал его малолетний внук Михай. Был создан регентский совет, в который вошли принц Николае (брат Кароля), Патриарх Румынии Мирон Кристя и председатель Кассационного суда Георге Буздугана, которого после его кончины заменил Константин Сэрэцяну.
После смерти Фердинанда в стране развернулась усиленная кампания в поддержку возвращения Кароля и возведения его на трон. Во главе этой кампании стояла Национал-цэрэнистская партия, которая в действительности таким образом добивалась отстранения либералов от власти. После длительных переговоров с национал-цэрэнистскими лидерами Кароль вернулся в страну 6 июня 1930 г., и через два дня парламент провозгласил его королем Румынии под именем Кароль II. При нем находилась «королевская камарилья», состоявшая из значительного числа приближенных к нему лиц.{212}
Вопрос о роли Кароля II в истории Румынии был и остается предметом постоянных дискуссий. Для многих Кароль II, который рассматривается как предшественник фашизма и предатель /568/ демократии, был, тем не менее, человеком своего времени, который, хотя и не сумел полностью решить всех проблем периода 30-х годов, по крайней мере, стремился к их преодолению. В его деятельности проявилось отсутствие уважения и доверия к принципам демократии межвоенного периода. Его политическое кредо – авторитарная система правления, при которой государь становился решающим политическим фактором и инициатором всех политических действий. Свидетельством тому стало его отношение к Юлиу Маниу, который обеспечил его возвращение из изгнания и которому Кароль ответил неблагодарностью. Маниу поддерживал идею существования демократии под контролем конституционной монархии, Кароль, со своей стороны, считал, что премьер-министр должен быть лишь исполнителем воли короля. Разрыв между королем и Юлиу Маниу расценивается как окончание демократического эксперимента. Отставка Маниу с поста премьер-министра, официальной мотивировкой которой стали внебрачные связи Кароля с Еленой Лупеску, не смогла скрыть действительной причины этого разрыва, а именно отказ короля уступить пальму первенства главе правительства и подчиниться национал-цэрэнистской политике. Одновременно с обвинениями в адрес Елены Лупеску (еврейкой по происхождению) Маниу затронул еврейский вопрос, который в 30-е годы все больше присутствовал в выступлениях политических лидеров и деятелей культуры.{213}
Румынская политическая жизнь в 1930-х годах была отмечена крахом демократических учреждений. Либералы и национал-цэрэнисты утратили свое господство, которым обладали в предыдущее десятилетие. За отставкой Юлиу Маниу с поста премьер-министра последовал период министерской чехарды.{214} В апреле 1931 г. было образовано правительство национального единства под председательством Николая Йорги. В отличие от предыдущих, данный кабинет не был сформирован по партийному принципу, все его члены были назначены королем. Такое правительство во всем отвечало интересам короля, который мог таким образом обойтись без поддержки крупных политических партий. Политика правительств в период 1931–1933 гг. не отличалась особой динамичностью, а специально принятые меры для решения социальных и экономических вопросов не привели к каким-либо результатам. /569/
