Международная обстановка на всем протяжении 1930-х годов, усиление роли Германии и отсутствие решительности со стороны западных демократий вынудили Румынию после 1936 г. переориентировать свою внешнюю политику в целях предотвращения собственной дипломатической изоляции. В этой новой обстановке, когда надежды на возвращение утраченных вследствие Трианонского мирного договора территорий не покидали ни одно из межвоенных венгерских правительств, а Бухарест не шел ни на какие уступки, которые могли бы ослабить его суверенитет над Трансильванией, вопрос о статусе этой провинции стал одним из приоритетных в румынской внешней политике. Начиная с 1930 г. Венгрия, стремившаяся к восстановлению былых границ, проводила внешнюю политику, все более ориентированную на тоталитарные государства, а также на другие европейские державы. В связи с этим сближение Венгрии с Италией и намерение первой добиться заключения военного союза с Римом серьезно обеспокоили Румынию, тем более, что Италия, хотя и ссылавшаяся на мирные средства, все же поддерживала идею пересмотра Трианонского договора.{225} В середине 30-х годов Германия настаивала на том, чтобы Венгрия осознала невозможность продолжения своей ревизионистской политики и заняла более умеренную по- /578/ зицию, которая позволила бы ей решить приоритетные задачи. В отношении Румынии Гитлер «рекомендовал» пересмотр ее внешней политики.{226}
Аншлюс Австрии и, прежде всего, позиция, занятая великими державами в данном вопросе, обеспокоили Румынию, которая усматривала в этом проявление серьезных притязаний Германии по отношению к Чехословакии. Бухарест настаивал на том, чтобы великие державы, и, прежде всего, Великобритания, высказали свою позицию по вопросу о Чехословакии, будучи всерьез заинтересованным в судьбе этой страны. Подписание Мюнхенского соглашения (сентябрь 1938 г.) привело к усилению давления ревизионизма на Румынию, а развитие событий на международной арене в 1938–1939 гг. активизировало венгерские притязания в отношении Трансильвании. {227}
Авторитарный режим Кароля II. С точки зрения основных своих государственных учреждений Великая Румыния перестала существовать с момента установления первой диктатуры в своей истории, а выборы 1937 г. впервые предоставили возможность открытого и прямого противоборства между силами демократии и авторитаризмом. Однако вопреки тому, что в ходе избирательной кампании политические партии распространили программы и призывы, содержавшие их позиции по всем насущным вопросам румынского общества, главное состязание в избирательной кампании состоялось между национал-либералами, находящимися у власти, и национал-цэрэнистами. Впервые в истории Румынии было использовано радио в избирательной кампании, когда в одной из передач премьер-министр призвал избирателей голосовать за либералов. В свою очередь, лидер национал-цэрэнистов Юлиу Маниу потребовал от Совета румынского общества радиовещания предоставления права на реплику, но получил отказ. {228}
Состоявшиеся в напряженной обстановке, но без явных признаков насилия, выборы преподнесли настоящий сюрприз. Впервые в истории Румынии партия, находившаяся у власти, потерпела поражение. Национал-либеральная партия получила относительное большинство (35,9 %) и наибольшее количество мест /579/ в парламенте, однако не смогла преодолеть 40 %-ного рубежа, необходимого для получения «избирательного бонуса», а следовательно, обеспечить себе полное господство в парламенте. Национал-цэрэнистская партия получила 20,4 % от общего количества поданных голосов, а крайне правые силы – 15,58 %.
Результаты выборов привели к отставке премьер-министра Георге Тэтэреску (28 декабря 1937 г.). Сложившаяся политическая ситуация позволила Каролю II назначить главой правительства Октавиана Гога, лидера Национал-христианской партии правого толка, которая получила на выборах лишь 9,15 % от общего количества голосов. За спиной слабого правительства Кароль готовился установить собственный режим. Так, 10 февраля 1938 г. король заявил о необходимости создания правительства национального единства, а уже на второй день образовалось правительство под председательством патриарха Мирона Кристя, которое чрезвычайным декретом ввело осадное положение, усилило цензуру, назначило новых префектов из рядов военных, запретило проведение новых выборов и др. Введением 20 февраля 1938 г. новой конституции, Кароль упразднил Конституцию 1923 г. Согласно новому основному закону принцип разделения властей в государстве формально сохранялся, однако значительно усиливалась роль монархии, а парламент должен был заседать только по инициативе короля. Большинство статей были идентичны статьям Конституции 1923 г. Среди нововведений было положение о том, что король является «главой государства», министрам же вменялась политическая ответственность только перед королем, при этом они были обязаны отвечать на запросы со стороны членов парламента.
