Благодаря многочисленному войску и несметным богатствам Айтонь чувствовал в себе силу противостоять попыткам венгерского короля Иштвана I (997 –1038) завладеть его страной. Последовательно проводя политику централизации государственной власти, венгерский монарх сталкивался с целым рядом экономических трудностей. Это побуждало его к попыткам установления собственного контроля над зоной нижнего течения Муреша – важной транспортной артерии для добывавшейся в Трансильвании соли. Также нельзя упускать из виду причин конфессионального порядка: первый христианский король Венгрии (Иштван был коронован и получил знаки королевской власти, присланные Папой Римским Сильвестром II, 25 декабря 1000 г.) принял христианство западного типа. Иштван был заинтересован в вытеснении греческой модели христианства, имевшей большое распространение в восточных и южных областях королевства. Затевая вооруженный поход против князя, правившего в долине Муреша, король прекрасно представлял, с какими трудностями придется столкнуться. Он заранее переманил на свою сторону командующего войском Айтоня по имени Чанадин (Chanadinus). Тайно бежав ко двору Иштвана, Чанадин был, по всей вероятности, заново крещен по западному обряду, после чего ему доверили командовать войском, выступившим против его бывшего господина. Однако война с Айтонем оказалось тяжелой даже для человека, отлично знакомого с его силами. Во время первого сражения Чанадин, переправившись через Тису, потерпел поражение. Он обратился в бегство, но, в конце концов, сумел изменить ход войны, внезапно захватив Айтоня, которого убил прямо на поле боя. Оценив вклад Чанадина в поражение Айтоня, король Иштван вместе с присвоением ему графского титула передал Чанадину во владение значительную часть страны его бывшего господина. Urbs Morisena стал крепостью-резиденцией Чанадина, и от его имени повел свое название Чанад (в настоящее время Ченад – Cenad). Знатные потомки Чанадина в последующие столетия продолжали владеть обширными землями в нижнем течении Муреша. В 1030 г. Иштван I основал в Чанаде католическое епископство, во главе которого был поставлен итальянец Геллерт (в 1046 г. умерший мученической смертью во время бунта язычников и впоследствии канонизированный). Геллерт начал деятельность с изгнания пра- /134/ вославных монахов из монастыря Св. Иоанна Крестителя и конфискации их владений, а продолжил ее новым крещением местного населения по латинскому обряду и введением церковной десятины. Несмотря на последовательные усилия по католизации, в районе Нижнего Муреша до середины XIII в. продолжали существовать, по крайней мере, 13 православных монастырей. К ним добавились православные поселения в центральной и южной части Баната. Грамоты византийского императора Василия II Македонского от 1019–1020 гг. удостоверяют существование там религиозного центра в Тибиске (Tibiscos), находившегося в подчинении епископа в Браничеве, который в свою очередь подчинялся архиепископу Охридскому.
Что касается terra ultrasilvana, которая была завоевана в первые годы X в. племенным вождем Техетемом и превращена в dominium,[137] принадлежавший ему и его потомкам, то, по крайней мере, с середины X в. ее правители проводили собственную политику, отличную от политики Арпадов. Несколько десятилетий завоеватели «залесской земли» сохраняли связи с племенами Паннонской равнины, что было естественно в силу специфики кочевого образа жизни (перегон скота и табунов лошадей с одного места на другое), не говоря о совместных грабительских походах в Западную Европу. Однако кризис венгерского общества в середине X в. и усиление стремления к оседлому образу жизни способствовали полному отделению трансильванской группы, вожди которой расширили территорию своего господства и укрепили свою независимость. При этом, согласно «Деяниям венгров», из-за своей малочисленности они были с самого начала вынуждены идти на сотрудничество с местным правящим румыно-славянским слоем. Им пришлось допустить местных жителей к избранию носителей верховной власти и давать iuramentum[138] при акте избрания. Само употребление Анонимом этого термина, характерного для вассальных отношений, представляет собой аргумент в пользу существования местного класса землевладельцев. Техетем и его потомки, в конце концов, приняли местный румыно-славянский титул – «воевода». В силу традиции он сохранялся в Трансильвании на протяжении всего средневековья. /135/
