Но начнем по порядку. В течение первой половины XIV века Золотая Орда была могучим и, казалось, цветущим государством; "нормальными" - если воспользоваться емким современным словечком - были и ее взаимоотношения с вассалом - Русью. Так, хан Узбек (правил в 1313-1342 гг.) выдал свою сестру Кончаку за Московского князя Юрия Даниловича, продемонстрировав тем самым высокую меру уважения к своему вассалу (в святом крещении Кончака приняла имя Агафьи), а следующий хан Джанибек (1342-1357) и его ханша Тайдула находились в своего рода дружбе с одним из наиболее выдающихся деятелей Руси - митрополичьим наместником (с 1340-го) и митрополитом всея Руси (с 1354 года) Алексием.
Впоследствии историки не раз "обличали" Алексия за его добрые отношения с монголами, но такого рода нападки решительно противоречили собственно русской точке зрения, ибо еще в 1447 году Алексий был причислен к лику святых и даже занял в их сонме одно из высших мест. А позднее, в начале XVI века - когда монгольская власть над Русью уже давно не существовала - великий иконописец Дионисий создал для Успенского собора в Кремле "житийный" образ митрополита Алексия, в котором святитель наглядно прославлялся и за свои отношения с повелителями Золотой Орды (пять из 20 "клейм", то есть эпизодов жития, посвящены именно этому),- что следовало бы учитывать историкам, пытающимся доказывать "непримиримость" Руси к монголам, которую, мол, скрывали только по необходимости (между тем, в 1506-1508 гг., когда гениальный иконописец осуществлял свой замысел, скрывать это было незачем).
Но вернемся в середину XIV века. Как известно, в 1357 году, ровно через сто двадцать лет после вторжения Батыя в пределы Руси, Золотая Орда оказалась в состоянии длительного и тяжкого кризиса. Началом его послужило убийство хана Джанибека и двенадцати его сыновей (не исключено, впрочем, что 12 - это использованное в рассказах о событии символическое число и в действительности их было меньше), притом в заговоре непосредственно участвовал один из сыновей хана - Бердибек, который и сел на место отца.
Уже сам по себе вопиющий факт отцеубийства не мог не привести к "дестабилизации" Золотой Орды, хотя, по всей вероятности, он не только породил смуту, но и сам был порожден теми или иными кризисными обстоятельствами, которые уяснять здесь нет ни места, ни необходимости. Вскоре, в 1359 году, и сам Бердибек был убит - по-видимому, своим братом Кулпой (Кульной), уцелевшим в резне 1357 года. И на протяжении следующих двух десятилетий на золотоордынском престоле сменили друг друга более двадцати (!) ханов - пока к власти не пришел Тохтамыш, сумевший править не менее чем полтора десятилетия. В русских летописях период от Джанибека до Тохтамыша обозначен выразительным словом "замятня" (не так давно период этот был тщательно исследован в работе высококвалифицированного востоковеда А. П. Григорьева "Золотоордынские ханы 60-70-х годов XIV в. Хронология правлений"16).
В сложившейся ситуации исключительную роль стал играть выдающийся военачальник и политик Мамай. До прихода к власти Бердибека Мамай был, как явствует из ряда источников, крымским темником - то есть командовал расположенным в Крыму и прилегающей к нему степи золотоордынским войском. Хан Бердибек выдал за Мамая свою дочь и предоставил ему высший государственный пост беглербека; Мамай, естественно, находился теперь не в Крыму, а в столице на нижней Волге.
Убийство Бердибека, очевидно, прервало карьеру Мамая, но в условиях "замятни" он уже в 1361 году выдвинул своего "кандидата" в ханы Золотой Орды - потомка Чингисхана Абдуллу (в русских летописях - Авдуля), который в 1362 году на несколько месяцев стал ханом, будучи, в действительности, марионеткой Мамая (последний, не принадлежа к роду Чингизидов, никак не мог претендовать на официальную верховную власть в Золотой Орде).
В конце 1362 года Абдулла (то есть, фактически - Мамай) был свергнут другим потомком Чингисхана, Мюридом, и вместе с Мамаем вынужден был удалиться в Крым. Правда, чрезвычайно энергичный Мамай и в дальнейшем неоднократно предпринимал попытки захватить власть в Золотой Орде, а в 1370 году счел, вероятно, Абдуллу негодным "претендентом" и, убив его, стал продвигать на престол другого чингизида - Бюлека (в русских летописях Тюляк-Тюлек).
Однако и из этого замысла ничего не вышло. И причина неудач, по-видимому, была не в том, что у Мамая недоставало воинских сил; согласно упомянутому выше исследованию А. П. Григорьева, он в течение 1360-х первой половины 1370-х гг., обладая первоклассной военной мощью, сумел захватывать столицу Золотой Орды четыре или даже пять раз, но все-таки вынужден был вскоре же покидать ее. Причину этого помогает уяснить сообщение летописи о том, как позже, в конце 1380 года, Мамай вступил в бой с Тохтамышем, который был "законным" ханом: "Мамаевы же князья, сойдя с коней, изъявили покорность царю Тохтамышу и поклялись ему по своей вере и стали на его сторону, а Мамая оставили поруганным"17.
