Этот древнейший (примерно 750-е годы) из известных нам город Руси (до новейшего времени существовала неверное представление о глубокой древности Новгорода, который на деле не старше середины Х века - то есть на полтора-два столетия моложе Ладоги13), в котором уже в IX веке была воздвигнута каменная крепость (совсем недавно открытая и, из известных нам, первая по времени на Руси), с самого начала стал узлом "широких, евразийского масштаба торговых и культурных связей" ("Средневековая Ладога...", с. 4), простиравшихся от западноевропейских земель до арабского Востока,- что прочно удостоверено археологическими исследованиями монет и предметов прикладного искусства. Наконец, в этой Северной Руси, как явствует и из западноевропейского (германского), и из восточных (арабских и персидских) источников, не позднее 830-х годов, а вероятнее всего ранее, существовал правитель, принявший высокий титул кагана (что будет объяснено в дальнейшем).
Но государственность Руси складывалась несколько позже и на юге, в Киеве. Еще сравнительно недавно князь Кий считался, по сути дела, легендарной фигурой, вымышленной для того, чтобы "объяснить" происхождение названия города Киева. Но это соображение явно неосновательно, ибо именами их созидателей-князей был назван целый ряд городов - Владимир Волынский, Ярославль, Юрьев (по христианскому имени Ярослава), Владимир Залесский (его основал Владимир Мономах) и т. д. Впрочем, в новейших работах Кий не только был признан реальным лицом, но и резко "удревлен" - помещен - как и основание города Киева - в VI или даже V век! Полная несостоятельность такой датировки показана в статье И. П. Шаскольского "Когда же возник город Киев"14.
К сожалению, И. П. Шаскольский не принял во внимание опубликованную еще в 1960 году работу М. Н. Тихомирова "Начало русской историографии", в которой убедительно датировано время правления Кия.
Известно, что хронология истории Руси IХ-Х веков в начальных летописях вызывает великое множество сомнений. Но в летописной хронологии есть и более надежный пласт - постоянно сопоставляемые с историей Руси даты византийской истории тех времен, которая, вполне понятно, излагалась в имевшихся в распоряжении русских летописцев византийских хрониках (некоторые из них были к XI веку уже переведены на церковно-славянский язык) с гораздо большей хронологической точностью, нежели история Руси (поскольку ее события IX-Х вв. были известны летописцам XI - начала XII века только по устным преданиям). Из сопоставления с историей Византии и исходил М. Н. Тихомиров:
"Новгородская I и Устюжская летописи,- писал он,- относили годы жизни Кия к периоду царствования Михаила в Византии, так как первые сведения о Руси, найденные в византийских хрониках, касались царствования Михаила (842-867 гг.- В. К.). Однако такое сопоставление было сделано не очень грамотными компиляторами, в силу чего матерью императора Михаила названа Ирина, а не Феодора". Но,- продолжает М. Н. Тихомиров,- "спутать имена Феодоры и Ирины было не так просто, и можно предположить, что путаница произошла оттого, что именно Ирина упоминалась в первоначальном тексте... К ее времени первоначально приурочивали рассказ об основании Киева... Этим отдаленным временем для летописца было царствование императрицы Ирины, то есть примерно 780-802 гг."15. Добавлю от себя, что императрицы Ирина (правила в 780-802-м годах) и Феодора (842-856) могли быть "перепутаны" в особенности потому, что обе славились как "иконопочитательницы", решительно отвергнувшие господствовавшее перед их правлениями в Византии "иконоборчество".
В упомянутой выше статье И. П. Шаскольского доказывается, что археологические исследования позволяют датировать основание Киева (в частности, окружавший древний город глубокий ров на Старокиевской горе) именно концом VIII века (с. 71); город и был, по мысли И. П. Шаскольского, создан "формирующимся южнорусским государственным образованием конца VIII начала IX в." (с. 72).
Исходя из этого, начало государственности (а, следовательно, и самой истории) Руси следует датировать рубежом VIII-IX веков, притом истоки ее пробиваются и на севере и на юге Руси. Последующее развитие показывает, что северный исток был, так сказать, сильнее, ибо именно оттуда пришла и прочно утвердилась в Киеве династия Рюриковичей.
В июне 1868 года Тютчев, который великолепно знал историю и вместе с тем обладал уникальным, "вещим" историческим чутьем, писал, проплыв на пароходе по Волхову от Ладоги до озера Ильмень: "Весь этот край, омываемый Волховом, это начало России... Среди этих беспредельных, бескрайних величавых просторов, среди обилия широко разлившихся вод, охватывающих и соединяющих весь этот необъятный край, ощущаешь, что именно здесь колыбель Исполина..."
