Итак, не позже 867 года на Руси уже существовала христианская община, возглавляемая епископом, а в храме,- по всей вероятности, киевском храме св. Николая,- служил пастырь (см. цитату из Фотия). А во времена императора Льва VI (886-912) епископство, по-видимому, расширилось и превратилось в митрополию Руси. Имеются также сведения и о "промежуточной" ступени установлении на Руси архиепископства при императоре Василии I, правившем до 886 года (указ. соч., с. 96).
О. М. Рапов опирается и на целый ряд археологических работ последних десятилетий, показавших, что весьма значительное число киевлян уже в IX веке было погребено по христианскому обряду: "Основная часть славянского населения... хоронила своих покойников путем кремации. Кремация существовала и в Киеве в IX-Х вв. Но в то же самое время там была широко распространена... ингумация покойников в деревянных гробах в подкурганных ямах - типичный христианский обычай, сохранившийся на протяжении многих веков". Это ясно свидетельствует о "широком распространении христианства в Киевской земле уже в IX в." (с. 99). В Х же веке, по археологическим данным, в Киевской земле "наличие христианских погребений подтверждается и находками крестов... В больших городах в это же время существовали чисто христианские кладбища"63.
Таким образом, христианство начало свою историю на Руси еще в IX веке. Правда, история эта была сложной и подчас драматической. Выше уже приводилось летописное сообщение о том, что Святослав разрушил построенную столетием ранее, еще при Аскольде, церковь святого Николая. Но есть веские основания полагать, что христианство на Руси ослабло и после кончины Олега Вещего: при нем, как уже сказано, была утверждена русская митрополия, а позднее - вплоть до конца Х века - о ней нет никаких упоминаний.
О. М. Рапов пишет о Новгородской и Псковской землях, что "археологические материалы по этому региону не дают возможности сделать заключение о каком-либо распространении христианства здесь в IX столетии" да и в Х веке также (указ. соч., с. 123). Ведь в высшей степени характерно, что крещение в Новгороде в 989 году происходило совершенно не так, как в Киеве. О. М. Рапов приводит сообщение Иоакимовской летописи: "В Новеграде людие, уведавше еже Добрыня (воевода, присланный Владимиром Святославичем.В. К.), идет крестити я (их.- В. К.)... закляшася вси не пустити во град... разметавше мост великий, изыдоша с оружием" и т. д. Затем Добрыня, дабы устрашить население, повелел жечь город, откуда и пошло выражение, что Новгород "крести... Добрыня огнем".
Достоверность этого известия (как и многих других, содержащихся в Иоакимовской летописи) подвергалась сомнению, однако крупнейший археолог В. Л. Янин, посвятивший раскопкам новгородских древностей несколько десятилетий, обнаружил несомненные следы громадного пожара, происшедшего именно в 989 году и именно в тех районах города, которые указаны в Иоакимовской летописи (Софийская сторона и Людин конец)64.
Так проходило Крещение в Новгороде, но нет никаких сведений о сопротивлении ему в Киеве, где христианство имело уже более чем столетнюю историю,- правда, историю, не лишенную борьбы и острых противоречий.
Как уже говорилось, Аскольд вместе с определенной частью киевлян принял христианство не позже 867 года. Но сменивший его князь Олег и его ближайшее окружение были и, очевидно, остались верны русским языческим богам. Это ясно из текста договора Олега с Византией, который заключен "на укрепление и на удостоверение многолетней дружбы, существовавшей между русскими и христианами", то есть византийцами (это четкое разграничение, в котором слово "христиане" означает именно и только византийцев, проходит через весь договор). Согласно летописи, Олег "вопрошал" о своей смерти "волхвов и кудесников", а вовсе не священников.
Однако есть основания полагать, что христианство в начале правления Олега все же продолжало развиваться. Как уже говорилось, именно при Олеге христианское епископство на Руси переросло в митрополию. И многие из русских, посещавших тогда Константинополь, по-видимому, были или становились христианами. Согласно летописи, императоры Лев, а затем Александр дали следующее распоряжение о людях Руси в Константинополе: "Прибывающие сюда русские пусть обитают у церкви святого Маманта". Надо полагать, что речь шла о не раз приезжавших в Константинополь и так или иначе причастных христианству людях. Ведь здесь же сообщается, что император Лев, приняв послов Олега, "приставил к ним своих мужей показать им церковную красоту... уча их вере своей и показывая им истинную веру".
