Гора грешников забормотала, закашляла; люди, живые они или мертвые, всегда имеют обыкновение порассуждать, если только подворачивается более или менее актуальная тема. Если бы Аззи, как и все демоны, не обладал сверхъестественно острым слухом, он никогда бы не услышал тоненького писка, донесшегося откуда-то из самой глубины кучи:
— Эй, кто там! Скривнер здесь! Меня кто-нибудь спрашивает?
Аззи приказал чертенятам вытащить Скривнера из кучи, только осторожно, чтобы не оторвать что-нибудь ненароком. Конечно, руку или ногу потом можно приживить, но такая процедура довольно болезненна и часто приводит к душевным травмам. Аззи хорошо понимал, что от него требуется доставить человека на Землю в целости и сохранности; в противном случае Скривнер может пожаловаться, что темные силы преждевременно собирают урожай, а тогда хлопот не оберешься.
Скривнер довольно быстро выкарабкался из кучи грешников и отряхнулся. Он оказался невысоким и тощим бойким мужчиной, уже изрядно полысевшим.
— Скривнер — это я! — крикнул он. — Вы наконец-то поняли, что ошиблись, да? Когда меня сюда приволокли, я им говорил, что я совсем не мертвец, но этот ваш Неумолимый Жнец не очень-то умеет слушать, да? Только все время ухмыляется поидиотски и скалит зубы. У меня прямо руки чешутся накатать жалобу кому-нибудь из вашего начальства.
— Послушай, — сказал Аззи. — Тебе повезло, что ошибку вообще обнаружили. Если ты затеешь тяжбу, тебя посадят в котел предварительного заключения. Там ты будешь сидеть, пока не начнется слушание твоего дела. На это может уйти сто — двести лет. Знаешь, на что похожи наши котлы предварительного заключения?
Скривнер широко раскрыл глаза и отрицательно покачал головой.
— Это очень плохое место, — объяснил Аззи. — Настолько плохое, что там нарушаются даже законы ада.
Очевидно, слова Аззи произвели на Скривнера должное впечатление.
— Думаю, лучше сначала отсюда выбраться, и поскорее. Спасибо за совет. Ты случайно не адвокат?
— Не по образованию, — ответил Аззи. — Но здесь, внизу, всем нам приходится в какой-то мере быть адвокатами. Пойдем, вернем тебя домой.
— У меня такое ощущение, что дома я столкнусь с некоторыми проблемами, — нерешительно заметил Скривнер.
— Такова жизнь, — успокоил его Аззи. — Проблемы... Будь доволен, что они у тебя есть. Когда тебя сбросили к нам, то тебе уже не о чем было беспокоиться. Все, что здесь с тобой происходит, совершается само по себе.
— Назад я не вернусь, — сказал Скривнер.
Аззи хотел было поинтересоваться, нет ли у Скривнера желания побиться об заклад, но потом решил, что в такой ситуации этого делать не стоит.
— В твоей памяти придется стереть воспоминания об этом маленьком происшествии, — сказал Аззи Скривнеру. — Согласись, мы не можем допустить, чтобы парни вроде тебя шатались по Земле и рассказывали всякие небылицы.
— Я не имею ничего против, — ответил Скривнер. — Все равно здесь нет ничего такого, о чем хотелось бы вспоминать. Правда, чуть раньше, в чистилище, мне встретилась одна очаровательная блондинка-искусительница.
— Подожди со своей искусительницей, — проворчал Аззи, затем ухватил Скривнера за руку и повел к воротам в стене, которые вели к другим отделам ада и куда угодно еще — или наоборот.
Аззи и Скривнер прошли через железные ворота в железной стене и направились вверх по извилистой дороге мимо дальних предместий чистилища; здесь глубокие, испещренные трещинами пропасти чередовались с захватывающими дух вершинами — в точности как на картинках Фузели. Долго тащились демон и человек, и путь их был легок, ибо легки дороги ада, но и скучен тоже, ибо ад — не место для веселья.
Спустя какое-то время Скривнер поинтересовался:
— Нам еще долго идти?
— Точно не знаю, — признался Аззи. — Я сам в этом секторе никогда не был. В сущности, мне здесь вообще не полагается появляться.
— Так же, как и мне, — сказал Скривнер. — Из того, что у меня время от времени бывают припадки, когда я валяюсь трупом, еще не следует, что этот ваш Неумолимый Жнец должен хватать меня без всяких проверок. Я тебе точно говорю, с его стороны это была самая настоящая небрежность. А почему тебе нельзя появляться здесь?
— Меня готовили к более серьезным вещам, — уклончиво ответил Аззи. — В колледже чародейства я преуспевал, был одним из трех лучших учеников в классе.
Аззи умолчал о том, что почти все его одноклассники кончили очень плохо, когда с юга внезапно нахлынула эпидемия добра. Этот странный каприз метафизической погоды погубил всех учеников, кроме Аззи и еще двоих, которые, похоже, обладали врожденным иммунитетом к эманациям добра. А потом еще этот покер...
— Тогда почему же ты оказался здесь? — спросил Скривнер.
— Отрабатываю карточный долг. Я не мог заплатить, пришлось отбывать срок. — Аззи помедлил, потом признался: — Люблю карты.
— Я тоже, — сказал Скривнер, и в его голосе можно было уловить нотку раскаяния.
Демон и человек еще какое-то время прошли молча. Потом Скривнер спросил:
— Что теперь со мной сделают?
— Надо тебя снова втиснуть в твое тело.
