— Значит, вы счастливы? — злобно заметил Аззи. — Ладно, посмотрим. Не может быть, чтобы я что-нибудь не придумал.
— Хозяин! — донесся голос из кожаного мешка. — Я придумал!
— Что ты придумал? — спросил Аззи.
— Ах, хозяин, удели мне минуту, собери меня снова, и я с радостью расскажу тебе!
— Пусть лучше твоя мысль будет доброй, — пробормотал Аззи, — иначе тебе придется еще раз встретиться со злым мечом.
Демон развязал мешок, по частям вытащил оттуда Фрике, разложил и быстро собрал слугу заново. Руки оказались немного не на том месте, потому что Аззи торопился, да и выпил сверх всякой меры, но в целом его работа заслуживала самой высокой оценки.
— Ох, хозяин, я так тебе признателен! — сказал Фрике.
— Теперь говори, что ты придумал.
— Ох, хозяин, ты еще вполне можешь отомстить этим презренным молодым, красивым и счастливым. Хозяин, ты забыл о нелимитированной кредитной карточке! Она еще у тебя!
— Хорошая мысль, Фрике! Я сейчас же отплачу этим весельчакам!
Из жилетного кармана Аззи достал кредитную карточку и дважды постучал ею о достаточно мерзкую поверхность. Какое-то время ничего не происходило, потом перед демоном откуда ни возьмись появился клерк из адского отдела снабжения.
— Ну и что тебе надо?
— У меня особый заказ, — сказал Аззи со смущенной улыбкой. В свое время он потратил немало времени на отработку такой улыбки, но еще ни разу не пускал ее в ход, приберегая для более подходящего случая. Теперь был именно такой случай. К чертям все правила!
— Что же ты хочешь?
— Во-первых, какое-нибудь стихийное бедствие. Такое, чтобы замок Прекрасного принца и его супруги Скарлет рухнул у них на глазах. Потом мне потребуется специальное отделение в аду, куда бы я смог поместить их на несколько тысяч лет, чтобы они поняли — не стоит щеголять своим счастьем перед демоном.
— Какое же ты хочешь стихийное бедствие? — спросил снабженец, доставая карандаш и бланк заказа.
— Пусть будет землетрясение.
— Так и запишем: землетрясение, одна штука, — сказал снабженец. — Теперь я покажу тебе наш каталог специальных отделений в аду.
С этими словами снабженец открыл толстенный гроссбух, но тут же поднял голову, услышав звон большого колокола. Аззи тоже обратил внимание на колокольный звон. В ближайшем к поместью демона городке зазвонили все колокола.
— В чем дело? — не понял Аззи. — Ведь сегодня не воскресенье?
Фрике торопливо заковылял к окну.
— Нет, хозяин, это люди начали отмечать канун нового тысячелетия! Они танцуют прямо на улицах! Ох, хозяин, перед моими глазами разворачивается такое неприличное веселье!
— К черту веселье, — сказал Аззи и повернулся к снабженцу: — Чего же ты ждешь? Где мое землетрясение?
Снабженец подло ухмыльнулся и с явным удовольствием захлопнул свой гроссбух.
— Мне очень жаль, — сказал он, — но твой заказ отменен.
— Что за чепуху ты несешь! Если ты сейчас же не выполнишь мой заказ, я тебе все кишки выпущу и намотаю их на твою гнусную шею!
— Не выпустишь, — возразил снабженец. — Колокола пробили полночь. Наступило новое тысячелетие. Состязания закончены, и Высшие силы тьмы аннулировали твою нелимитирован-ную кредитную карточку.
— Не может быть! Только не сейчас! Мне нужно сделать всего лишь одно очень важное дело!
Аззи неистово размахивал карточкой. Снабженец еще раз отвратительно ухмыльнулся, махнул рукой, и карточка расплавилась прямо в руках у Аззи.
Аззи издал вопль, полный неподдельной злобы и бешенства. Фрике в испуге отшатнулся и спрятался внутри доспехов с искусной гравировкой. Аззи с силой топнул ногой. Под ним разверзся сначала пол, а потом и земля. Аззи падал все ниже и ниже; ему предстояло падать до глубочайшего, темного, холодного тоннеля, где ему придется некоторое время побродить, чтобы восстановить самообладание. К образовавшейся дыре поспешил Фрике; всмотревшись, он с трудом различил все еще падающего, все еще кипящего от злости Аззи. А на всей земле, во всех городах и во всех деревнях праздничный колокольный звон — благовест продолжал возвещать о наступлении нового тысячелетия.
Два представителя сил света и тьмы договорились встретиться в трактире «на пол-пути», в преддверии ада, чтобы продолжить свой давний спор, возникший еще в незапамятные времена.
Лимб, или преддверие ада, был нейтральной полосой между двумя обширными владениями — Обителью Света и Обителью Тьмы, сумрачной приемной между двух гостиных, полутемной сценой, пустовавшей и в лучшие времена, но никогда не остававшейся без единого актера.
