История Северской земли полностью

Таким образом, князья стали хладнокровно смотреть на трагедию, разыгрывавшуюся пред их глазами в Галиче. На сцене являлись и венгры, и поляки, и, наконец, германский император, принявший под свое покровительство Владимира, сына умершего князя. Галичане приняли его к себе, но, не будучи в состоянии сам защищать свои интересы, Владимир обращается за покровительством не к соседним князьям, не к великому князю киевскому, а в далекий Суздаль, к Всеволоду. Он называет его своим господином и просит «удержать» под ним Галич, обещая ему постоянное повиновение. И достаточно было Всеволоду стать на его сторону, чтобы князья целовали к нему крест на неприкосновенность Галича. Целовал крест и «Великий» князь киевский⁵¹¹.

Ростиславичи, видя в этом свою выгоду, стали в тесные отношения к суздальскому князю. В это время начался спор между смоленскими и северскими князьями за пограничные волости. Несмотря на натянутые отношения с половцами, Святослав отправился в Северскую землю, оставив Киев без прикрытия, и собрал своих князей. Смоленские князья отказались удовлетворить его требования,

ссылаясь на давность владения, по давним договорам, и возвращали ему крестные грамоты, что значило объявление войны. Тут уже обозначилось полное бессилие Святослава: долго он спорил с послами, брал грамоты и отсылал послов, наконец воротил их и согласился на договор⁵¹². Но полное унижение пришлось испытать Святославу Всеволодовичу, «Великому» князю киевскому, в 1194 г. по случаю такого же спора с рязанскими князьями. В это время Рязань уже окончательно признавала над собой власть суздальского князя. Он, как господин и отец рязанских князей, защищает их от внешних притязаний. Споры за границы, как видно, все запутывались, и в 1194 г. Святослав Всеволодович собрал северских князей в Карачеве. Решено было защищать силою свои интересы, но прежде, чем исполнить это решение, «Великий» князь киевский отправляет послов к Всеволоду просить позволения напасть на Рязань. И достаточно было суздальскому князю не изъявить на это своей воли, чтобы северские князья со стыдом отказались от своего предприятия⁵¹³.

Это был последний акт деятельности Святослава Всеволодовича. Возвращаясь из Карачева, он захворал, не мог уже ехать верхом, а достигнув Десны, плыл до Киева, где и умер в июле месяце 1194 г. Летопись оставила нам небольшую характеристику этого князя, рисующую его как хорошего христианина, князя милостивого и щедрого⁵¹⁴, а изложенные нами факты представляют нам энергическую личность, всю жизнь проведшую в постоянной борьбе за права своего рода, за старый областной – федеративный порядок против притязаний Суздаля и вообще всех Мономаховичей. Из его внутренней деятельности мы знаем только один факт, который совершенно согласен с его обыкновенной энергией и стойкостью и служит одним из примеров властолюбивых стремлений духовенства в нашей истории. Мы знаем, что сесть в Чернигове Святославу способствовал главным образом черниговский епископ, Антоний. Как оказывается, в этом была заранее обдуманная цель. Антоний, вероятно, знал религиозные наклонности Святослава Всеволодовича и предполагал поэтому возможность опутать его своим нравственным влиянием. Но план хитрого грека не удался. Святослав хотя и совершал благочестивые дела⁵¹⁵, но сейчас же начал борьбу с притязаниями епископа. Дело состояло в том, что в 1168 г. митрополит киевский и Антоний черниговский стали запрещать есть скоромное в праздничные дни. Святослав сначала не обращал никакого внимания на эти запрещения, но когда епископ открыто стал нападать на него, он пригрозил лишить его епископства, а затем выгнал не только из Чернигова, но и из всей Северской земли. Антоний бежал в Киев, а на место его был избран Порфирий. Очевидно, Святослав Всеволодович не мог доверять Антонию: духовенство очень часто служило орудием для князей, и нередко киевский князь старался сделать митрополитом своего сторонника.