«Сатердэй ревью» выражала надежду на то, что отчет невольно послужит «дальнейшей дискредитации одного из наиболее глупых заблуждений, охвативших умы общественности». «Стэндард» («Standard») опубликовала критическое замечание, которое следует отметить. Возражая всем тем, кто не верит в спиритизм, но тем не менее говорит, что «за этим кроется нечто», «Стэндард» пишет: «Если за всем этим стоит что-то кроме шарлатанства и глупости, так это точно потусторонний мир». «Дейли ньюс» расценила отчет как «важный вклад в литературу по данному вопросу, который, возможно, когда-нибудь приведет к дальнейшему продолжению исследований».
«Спектэйтор», дав высокую оценку книге, добавила:
«Мало кто, ознакомившись со столь большим количеством свидетельств, собранных в этом томе и говорящих о твердой уверенности многих честных и уважаемых людей в истинности спиритических явлений, способен возразить мистеру Джеффри, утверждающему, что большинство из продемонстрированных явлений объективно существуют и заслуживают дальнейшего пристального изучения».
Таковы краткие выдержки из более пространных заметок, помещенных в лондонской прессе, — их довольно много и как бы плохи они ни были, они показывают изменение позиции некоторой части прессы, которая доселе просто игнорировала предмет как таковой.
Следует помнить, что этот отчет был посвящен лишь феноменологическому аспекту спиритизма, который, по мнению ведущих спиритов, не составляет главной его части. Лишь в докладе одного из подкомитетов содержался вывод о сути полученных сообщений: физическая смерть — всего лишь этап перерождения духа, жизнь духов во всех отношениях можно считать человеческой; приятное дружеское общение неотъемлемо от этой фазы жизни, и духи совершенно не хотят вернуться к своему прошлому состоянию. Они с удовольствием общаются со своими земными друзьями, желая убедить их в том, что после распада тела жизнь продолжается, в то же время духи заявили о том, что они не обладают даром пророчества. Таковы основные положения, содержащиеся в полученных сведениях.
В будущем, скорее всего, признают, что комитет Диалектического общества проделал блестящую для своего времени работу. Подавляющее большинство его участников было настроено против психических явлений, однако перед лицом очевидности они, за редким исключением, наподобие доктора Эдмундса, признали то, что видели своими глазами. Некоторые примеры нетерпимости, такие как печально известная фраза Хаксли о том, что он даже не станет изучать вещи, лежащие за гранью возможного, не помешали блестящей совместной работе подкомитетов.
В отчете комитета Диалектического общества помещена обширная статья доктора Эдмундса, противника спиритизма, оспаривающая открытия, сделанные его коллегами. Ее интересно читать, ибо она дает представление об определенном типе человеческого мышления. Доктор, воображая себя беспристрастным, на деле демонстрирует явную предвзятость, заведомо отрицая, что рассматриваемые явления обусловлены сверхъестественными причинами. Даже наблюдая воочию явления такого рода, он задает себе только один вопрос: «Как был проделан этот трюк?» И даже если не находит ответа, все равно не считает возможным признать другое объяснение, заявляя, что фокус разгадать не удалось. Таково его свидетельство, честное во всем, что касается самого происшествия: падения на стол неизвестно откуда взявшихся свежих цветов и фруктов — феномена, столь часто происходившего в присутствии миссис Гаппи. Доктор лишь говорит, что они, скорее всего, были взяты с буфетной полки, хотя в других сообщениях никто не упоминает о наличии в комнате столь заметного предмета, как корзина с фруктами. Будучи заперт в ящике вместе с Дэвенпортами, он признается, что ничего не обнаружил, но все равно считает, что там использовался какой-то трюк. Затем, когда выясняется, что медиумы считают его настроение совершенно безнадежным и отказываются проводить сеансы, он объявляет это доказательством их вины. Таков распространенный тип ученого мышления, изощренного в собственном предмете и абсолютно не способного воспринимать явления из другой области.
