Викарии, виконты. Подразделения графства назывались центенами, потому что прежде эти участки состояли из ста отдельных семейств. Лица, управлявшие ими, назывались в Северной Галлии vicarii; в Южной Галлии, по-провансальски viquiers; у немцев — центграфы;и избирались они в своих округах при содействии графов. Викарии имели свои ассизы и свой суд присяжных, но разбирать могли только в уголовных делах мелкие преступления (приблизительно в пределах юрисдикции русских мировых судей) и небольшие претензии в делах гражданских. Более же важные дела передавались на графские ассизы; туг сам граф приезжал и председательствовал в местных ассизах; иногда он же присылал своих помощников. Помощники графа назывались вице-графами (vicecomites), отсюда французские виконты. Они назначались графом, причем брали на себя часть многочисленных обязанностей графа или получали отдельный участок; отсюда виконтства.
Что касается городских общин, то над ними наибольшее влияние сохранялось у епископов; авторитет последних основывался на их нравственном влиянии, на привычке к ним горожан; когда граф ездил, епископ постоянно сидел на месте. В Средней Галлии города большей частью считались епископскими и были в вассальных отношениях к королю. Эта возможность была привлекательной для духовенства. Большая часть духовенства охотно предпочитала светскую карьеру, управляя участками, верша суд, сражаясь; впоследствии светские обязанности смешались с духовными; это повело к порче, деморализации духовенства западной церкви. Вообще в то время духовные власти имели преобладающее значение, и если случалось, что один из замешанных в деле был духовным лицом, то или граф приглашал епископов, или они сами являлись без зова, причем всегда кто-нибудь из епископов председательствовал на суде.
Иммунитет. Мы упомянули о землях крупных феодалов, которые не хотели повиноваться королю и в своих владениях имели собственное управление. Такие земли назывались изъятыми (immunes), а самый факт изъятия назывался immunitas. Права же, не подлежавшие ведению графа, назывались иммунитетом. К числу изъятых земель принадлежали и непосредственные королевские домены, имевшие свое особенное управление. В разных графствах встречаются города, которые составляли частную собственность королевского фиска, сохраняя своих особых покровителей. Еще более было изъято церковных земель, которых было так много в каждом графстве, что иногда они тянулись целыми полосами; жители их зависели только от своих церковных правителей и назывались homines ecclesiastici. Часто король предоставлял церквам средства взимать доходы вроде сбора с мостов, рек и т. п. Там был свой суди своя полиция, свой defensors advocatus ecclesïae, который у немцев назывался фохтом. Сперва этих защитников церквам давал сам король, но потом они избирались причтами из крупных соседних собственников. У фохта была такая же власть, как и у графа, с той единственной разницей, что на войне он с своими людьми становился под знамена графа, т. е. подчинялся ему. Так как канонические узаконения не позволяли церкви судить уголовные преступления и осуждать на смертную казнь, то адвокат испрашивал у короля особое право на это (Вlutbапп) т. е. право уголовной расправы, которое заключалось только в короле и только от него передавалось в другие руки. За свои услуги фохт получал какой-нибудь феод от церкви или награждался одной третью денежной пени с подсудимых.
Власть герцогов. Выше графов, сделавшихся простыми королевскими сановниками, стояли герцоги. Каки самое слово показывает, они были по преимуществу людьми военными, водившими войско (Heer-zog, duces). Заметим, что помимо тех военных герцогов, имена которых встречаем, начиная еще с первых лет немецкой истории, при Карле доменами из нескольких графств управляли герцоги с гражданской властью. Значит, герцоги были двух родов. Исключительно военное значение в то время они имели только в Галлии, а гражданской властью обладали у тюрингов, алеманнов, баваров. Они тоже стали вассалами короля, поуправляли своими землями независимо, и их подчинение королю было только номинальным; даже управляя королевскими владениями, они не считали себя обязанными отдавать весь доход в королевскую казну. Они сами назначали графов и центграфов, точно короли; они иногда собирали собрания, иногда нет. По количеству и богатству своих владений они почти не уступали иному королю; вот почему они держались гордо перед королем, ограничиваясь только уплатой дани. Вся сила их проистекала из того, что предшественники Карла поручили им по неосторожности много земель. Карл Великий особенно боялся таких гражданских герцогов, и все старания его были направлены на уничтожение этих сановников; он не позволял соединения нескольких графств в одно под властью герцога.
