Замечательно подробно развито учение о возмездии в загробной жизни, представление о страшном суде. Душу умершего правоверного встречает Азраил в эфирном бесконечном пространстве. Два ангела — Мункар и Накир — являются в могилу для допроса души, которая соединяется на это время с телом и остается в таком виде, пока производится испытание. Умершего ангелы заставляют почтительно встать и испытывают его вопросами о единстве Cora, о призвании Мухаммеда и о его деяниях. Все это тщательно записывается. Если ответы удовлетворительны, то душа тихо вылетает изо рта, а тело остается в недвижном покое; если же нет, то ангелам приходится тихонько бить умершего по лбу железными палками, пока из него не выйдет душа, напутствуемая стонами и мучительными конвульсиями. Для удобства такого дознания мусульман хоронят в пещерах или в могилах со сводами, причем труп становится почти в вертикальном положении, дабы не затруднять покойника переворачиваться или выпрямляться; для того его завертывают в широкий саван. В силу этого у мусульман не дозволено погребение в гробах, что тщательно соблюдается при самых неблагоприятных условиях. До воскресения душа пребывает среди духов; такое состояние души — переходное. Святые люди и пророки сразу наслаждаются этой жизнью. Души простых людей порхают около могил до страшного суда. Поэтому могилы должны чествоваться и украшаться деревьями. Страшный суд настанет после третьей трубы Израфила.
Со всей обстоятельностью, которой позавидовал бы сам Данте, толкователи Корана изображают ступени ада и услады рая. Ад (Джегеннум) имеет семь ярусов, из которых первый, очищающий ад, предназначается для мусульман; второй — Ляза, палящий огонь, для христиан; третий — Хутама, сильный огонь, для евреев; четвертый — Сайр, пламенный огонь, для сабеев; пятый — Сакар, жгучий огонь, для магов; шестой — Джахим, знойно-жаркий огонь, для идолопоклонников; седьмой — Гавиа (
Шестой догмат, учение о предопределении, создал в сущности главный успех мусульманству. Благодаря предопределению мусульмане могли, не задумываясь, жертвовать своей жизнью. Смерть на поле битвы готовила мученику рай со всеми его прелестями, а победа при жизни сулила возможность воспользоваться чужими богатствами. Свободная человеческая воля была бессильна отвратить грех или несчастье: все на свете предопределено.