До самого конца ее всегда активный, пытливый разум был занят вопросами, связанными с идеологией и соображениями, которые ее беспокоили постоянно. Ценой ее собственного успеха был личный бунт, но когда она скончалась в возрасте девяноста лет, на ее счету было огромное число свершений. Флоренс восхищались и переписывались с ней многие самые высокопоставленные люди королевства, включая королеву Викторию. Она измеряла свою дружбу и свою жизнь достигнутыми целями – все остальное для нее не имело значения. На жизнь Флоренс смотрела не как на путешествие, а как на пункт назначения. Это было для нее непреложной истиной с ранних лет, когда она отказалась от удушающей обстановки викторианского замужества и, бросив вызов естественному порядку благоустроенного мира, предпочла ему целибат и свободу.
ЦЕЛИБАТ КАК ГАРАНТИЯ ЗАМУЖЕСТВА
Непорочность невесты гарантирует отцовство
Девственницы и обесчещенные девушки
Проверка на непорочность
Исключительные непорочные холостяки у ацтеков и народа энга
ЭТОТ НАДОЕВШИЙ ДВОЙНОЙ СТАНДАРТ
Двойные стандарты и закон
Шлюхи по найму
Разгневанные женщины требуют непорочных мужчин
Девственница за пять фунтов перевесила весы правосудия
Белые женщины, черные мужчины
СРЕДСТВА ПОДДЕРЖАНИЯ НЕПОРОЧНОСТИ
Пояса целомудрия
Женское обрезание
Бинтование ног
Когда и где впервые была сформулирована концепция целибата? Может быть, она возникла как инструмент шаманов, затем заимствованный честолюбивыми охотниками и воинами? Или впервые его обязали соблюдать достигших брачного возраста женщин, чтобы гарантировать свою непорочность мужчинам, позже становящимся отцами их детей?
В «Таинственном танце» – лирическом исследовании человеческой сексуальности, Линн Маргулис и Дорион Саган признают принципиальную непознаваемость того процесса, вызывающего в уме лишь фантазии:
Мы хотим представить себе историю жизни. Мы стремимся понять сексуальность, которая, добавляя свою бессмертную остроту, возвышает и ограничивает пределы нашей жизни… <Но> момент истины, как говорил Хайдеггер, всегда приходит в обстановке неправды, точно так же, как свет и ясность определяются только в сопоставлении с тьмой и мраком[657].
Равным образом, история целибата в облике непорочности и целомудрия окутана туманной дымкой далекого прошлого. Хоть стремление к знанию слишком сильно, чтобы не брать его в расчет, мы можем питать его лишь на основе представлений, полученных от обрывочных знаний о доисторических эпохах, озарений, догадок и надежд на то, что в чем-то наши фантазии окажутся верными.
Непорочность и целомудрие – как в женском, так и в мужском вариантах, вошли в общественные представления наших предков слишком давно, чтобы пытаться датировать или хотя бы интерпретировать их с какой-то минимальной степенью точности. Вполне возможно, что в некий момент в прошлом, который теперь определить уже невозможно, наши предки на основе наблюдений, обсуждений и рассказов пришли к выводу о последствиях полового акта. Они стали отдавать себе отчет в том, что мутная белесая густая жидкость, истекавшая из их половых членов, создавала детей их собственной кровной линии. Они поняли, что лучшей гарантией успешной генетической передачи их качеств было помещение их семени в девственный сосуд, не загрязненный никем другим. Также они обратили внимание на то, что сексуальные отношения между членами одной семьи приводят к самым разным отрицательным последствиям[658].
Эта информация, можем мы предположить далее, со временем сформировала сексуальные нравы каждого общества. Мужчины расправлялись с соперниками, пытавшимися одержать над ними верх и оплодотворить их женщин. Развивались клановые и племенные отношения, а также запреты инцеста, которые включались в число моральных и культурных принципов каждого общества[659]. Женщина, уже вступившая в половую связь с мужчиной, противилась сексуальным домогательствам со стороны других мужчин. В некоторых обществах девушке могли запрещать вступать в половые отношения до тех пор, пока сильный и храбрый юноша, понравившийся всем, не выражал желания взять ее в жены.
Возможно, самые ранние предки людей жили в относительно равноправных обществах. Антропологи документально описали многие традиционно дошедшие до нас культуры, где женщины обладали значительной экономической и социальной властью; это вполне могло относиться к кроманьонцам и другим обществам наших предков[660].
