10 мая было сформировано гетманское правительство Ф. Лизогуба, которое провозгласило своими задачами укрепление порядка и подготовку «созыва народного представительства». Правительство принялось закрывать газеты. Немецкие военно-полевые суды проводили аресты. В деревнях проводились карательные экспедиции против крестьян, отказывавшихся возвращать землю помещикам. По закону от 27 мая старые землевладельцы получали право на урожай озимых, а за яровые, засеянные весной, крестьяне должны были выплатить помещикам арендные и дополнительные платежи, не говоря уже о налогах. «Были образованы особые комиссии по возмещению убытков, причиненных в революционную эпоху землевладельцам. Установленные комиссиями суммы убытков безжалостно выколачивались у крестьян с применением круговой поруки. Деревня отвечала местными восстаниями, подавлявшимися с большой жестокостью. Из городского населения больше всех подвергались репрессиям евреи. Гетманское правительство взяло антисемитский курс, которого и следовало от него ожидать. Гетман опирался, с одной стороны, на немцев, с другой – на правые русские круги. Во многих отношениях эта десница и шуйца расходились и тянули каждая в свою сторону. Но в еврейском вопросе они были более или менее солидарны: и десница, и шуйца не любили евреев и приписывали евреям все крайности революции», – вспоминал А. Гольденвейзер. Революционеры, включая мнимых, отправлялись в созданные немцами концлагеря. Зато в городах расцвела торговля. Киев, как позднее Одесса, стал местом скопления эмигрантов из Москвы и Петрограда.
2 июня Германия признала власть гетмана официально. 17 июня было создано правительство генерала Сулькевича в Крыму, но теперь Украина выдвинула претензии на полуостров. 12 июня было заключено перемирие с РСФСР, но до мира было далеко, так как стороны продолжали спорить о границах. В то же время в 10 километровой нейтральной зоне, установленной еще в мае между Украиной и Россией в районе Сунжи, накапливались революционные отряды.
Стабильность оккупационного режима была иллюзорной. 30 июля левым эсером был убит немецкий командующий Эйхгорн. И это было только верхушкой айсберга разраставшихся по Украине восстаний – крестьянство уже ненавидело оккупантов. В июне 1918 г. по инициативе эсеров (УПСР в это время находился фактически на левоэсеровских позициях) восстали крестьяне Звенигородского и Таращанского уездов на Киевщине. Один из лидеров таращанских партизан Ф. Гребенко еще в марте поднял восстание против наступавших немцев. Но тогда повстанцев разбили, и Гребенко партизанил с небольшой группой. 8 июня восстало несколько сел, и Гребенко возглавил крестьянскую армию в несколько тысяч человек. В 1919 г., уже будучи комбригом, Гребенко будет расстрелян коммунистами. В июле началась забастовка железнодорожников. Летом 1918 г. на Киевщине действовало до 40 тыс. повстанцев – националистов (в том числе социалисты), левых эсеров и большевиков. Под ударами немцев они перешли к партизанской войне, а часть прорвалась в нейтральную зону на границе с Россией, где левые эсеры готовили вторжение революционных отрядов на Украину. В августе большевики организовали крупное восстание во главе с Н. Крапивянским на Черниговщине и Полтавщине, которое, однако, было разгромлено. В сентябре Махно начал партизанские операции с небольшим отрядом. Первый бой в селе Дибривки (Б. Михайловка) оказался для партизан удачным, принес Махно почетное прозвище «батько». В районе Дибривок отряд Махно объединился с отрядом Ф. Щуся. Удачливые партизаны стали получать поддержку крестьян. Махно подчеркивал антипомещичий и антикулацкий характер своих действий.
Сам партизанский отряд действовал как мобильная ударная группа в несколько десятков бойцов. При необходимости он мог вырасти до 400 человек (у Махно было еще около тысячи невооруженных резервистов). Иногда отряд оказывался на грани уничтожения превосходящими по численности силами противника, но в целом действия Махно были относительно успешными.
Пока Германская и Австро-Венгерская империи выдерживали натиск Антанты, партизаны могли только подтачивать их силы. Все же удары партизан были весьма чувствительными, и немцы не получили на Украине столько продовольствия, сколько рассчитывали. Им приходилось сохранять здесь двухсоттысячную группировку, хотя войска были так нужны на Западном фронте. Сопротивление не ослабевало, а только росло, и оккупанты оказались в безвыходном положении.
В сентябре гетман съездил в Берлин, где получил указание украинизировать правительство и провести выборы в сейм. Германии не нужен был в Киеве «русский Пьемонт». Но проблема заключалась в том, что большинство известных украинских политиков, объединившихся в июле в Украинский национально-государственный союз (затем – Украинский народный союз, УНС), были демократами и социалистами, и не собирались просто так уступать Скоропадскому. Тем более, что германский фронт в Европе уже трещал по швам.
