В соответствии с христианской точкой зрения единственным чистым и незамутненным зеркалом является божественное зеркало, а соответственно христианская религия без устали напоминает о похотливости человеческого глаза и о запрете на взгляд, обращений на самого себя. Женщина, пробуждающая в человеке плотские желания, является сообщницей дьявола. Соблазнительница Ева, разумеется, чувственна и развратна, она смотрится в зеркало, чтобы увидеть в нем свою красоту и осуществить свою власть, испытать свою силу; ее любопытство увлекает мужчину ко злу, так что уже в стародавние времена в текстах и в иллюстрациях к ним грех начали изображать под видом женщины30. Женщина, более предрасположенная к иллюзиям и обману, чем мужчина, поддерживает с дьяволом особые отношения, а зеркало, укрепленное на ручке или ножке в виде сирены-обманщицы, представляет не что иное, как место, где они заключают сговор.
Сладострастие тайно связано с тщеславием, и оба качества или явления — порождения Евы. С XIII в. сладострастие предстает в образе молодой женщины, держащей в руке зеркало31. Так, на круглом витраже розетки, украшающей портал собора Парижской Богоматери, оно представлено в виде прекрасной куртизанки, держащей в одной руке зеркало, а в другой — скипетр, символы ее соблазна и могущества. В соборах Шартра и Амьена рядом с женщиной можно увидеть юношу, целующего ее. На витражах соборов Осера и Лиона единственным атрибутом является зеркало. Текст «Суммы о короле», трактата о нравственности, созданного около 1280 г. и предназначенного для облегчения процесса воспитания будущего монарха, содержит в качестве иллюстрации небольшую миниатюру, на которой сладострастие представлено в уже известном облике: в виде молодой, красивой женщины; надо заметить, что облик тщеславия, в коем оно представало в XIII в., был тем более ярок и блистателен, что его озарял свет эпохи расцвета куртуазности, куртуазной литературы и куртуазного искусства. Но следует вспомнить и о том, что на некоторых изображениях тщеславие представало и в образе женщины, которую сопровождает обезьяна, несущая зеркало, а ведь обезьяна — это воплощение или символ неосознанных животных побуждений, проявлений чувственности, символ подражания и непостоянства.
Среди старинных гобеленов, хранящихся в городе Анжере (или Анже, оба варианта возможны. —
Суетная, тщеславная и сладострастная женщина возглавляет длинную цепочку грехов, она увлекает за собой кокетство, лень, зависть, алчность, ложь, и все они связаны с зеркалом. На картине Пизанелло (Лондон, Британский музей) Тщеславие предстает в виде обнаженной женщины, смотрящейся в зеркало; на ней богатые украшения, и ее окружают демоны; женственность красавицы волнует и соблазняет, и средоточием этой женственности являются длинные, вьющиеся кольцами волосы, рассыпавшиеся по плечам. Тщеславие изображено в облике прекрасных женщин с круглыми выпуклыми зеркалами в руках на картинах Мемлинга (Музей изящных искусств в Страсбурге) и Беллини (Венеция, Галерея Академии), но на полотне Беллини красавица даже не смотрится в зеркало, настолько она убеждена в силе своей привлекательности; иногда по поводу этой дамы даже высказывались предположения, что она может символизировать собой осторожность, ибо осторожность умеет отводить свой взор от обманчивого зеркала и скорее смотрит на нечто реальное, чем на что-то воображаемое. Тщеславие же на картине Мемлинга представлено в виде женщины, которую не назовешь красавицей, с чуть коротковатыми ногами, с плоскими ступнями, с обнаженным телом, чьи формы далеки от совершенства, и все равно она пробуждает плотские желания, наводит на смутные мысли об эротике, в особенности по контрасту с окружающими ее невинными цветочками и мирными лугами. Картина Мемлинга представляет собой часть полиптиха из пяти картин, в центре коего находится полотно, на котором изображен Христос во славе, а вокруг располагаются картины, на которых изображены череп, скелет, женщина и ад.