К кровати парня подскочили мужчины и быстро заломали ему руки, а затем заковали в наручники и вдобавок одели рабский ошейник. А затем, подхатив Митру под руки, потащили из комнаты. Его вели по белым коридорам, спускаясь куда-то вниз. А затем, к удивлению юноши, белый гранит сменился на черный, с освещением тут было туговато, и он даже не смог запомнить маршрут, по которому его тащили петляя по мрачному лабиринту. А затем Митру посадили в камеру и захлопнули решетку, оставив наедине с самим собой. Так он и сидел в гордом одиночестве весь день поглядывая на тусклую мерцающую лампочку, что являлась единственным источником света.
Камера была маленькой, в ней даже нельзя было лечь на пол, потому что он как и стены был неровным и шершавым, видимо для того, чтобы доставлять больший дискомфорт заключенному, не давая занять удобную позу, кровати тут также не было, а вместо туалета обычное ведро. Касаемо наручников, точнее сказать кандалов, в которые его заковали уже в камере по рукам и ногам, то они были антимагическими, но Митра все же был богом, и они на него не действовали, как собственно и рабский ошейник. Сидел же он тут так как ему было очень интересно, что же будет дальше, ведь у них должен быть хоть какой-то план.
И вот к пленнику пожаловал Святозар в компании двух здоровяков, что по всей видимости были тут охранниками, это были два огневика, что с азартом смотрели на парня.
— Лукас, дорогой, как тебе новые покои, все устраивает? — Ехидным голосом спросил жрец.
— Святозар, я все понял, прости меня за отказ, я согласен! — Продолжая играть роль простого паренька ответил Митра.
— Ох правда, парни отпустите его! — Сказал Святозар и мужчины двинулись к клетке. — Стойте, идиоты, я пошутил. — Засмеялся в голос жрец. — Ты думаешь я такой идиот? Я тебя сейчас отпущу, а ты при первой же возможности сбежишь. Нет, сынок, все! У тебя была возможность возвыситься, но увы, ты ее профукал.
— И что со мной будет? Оставишь меня тут навечно?
— Ну не совсем, планы на тебя у меня все же есть. А пока мне нужно тебя наказать за то, что поставил под сомнение веру в наш храм и помогал людям просто так. Они, кстати, сейчас скорбят по тебе, ты же вчера так перенапрягся помогая им, что твое тело не выдержало, и ты погиб. Как жаль, что мы не смогли тебе помочь, хнык-хнык. — Наигранно плача сказал Святозар. — Парни, хорошенько его отделайте, но не перестарайтесь! До скорого, Лукас. — Добавил мужчина и скрылся темноте.
Лукаса хорошенько избили двое мордоворотов, испытывая при этом наслаждение, а затем, бросив его на пол камеры, ушли прочь. На следующий день Митру опять избили, как и на следующий.
Ночью Митра услышал крадущиеся к его камере шаги. А затем услышал знакомый голос.
— Эй, пернатый, у тебя все в порядке?
Митра поднял глаза и увидел пожилого старика, что с ухмылкой разглядывает его разбитое лицо.
— Ты чего сюда приперся? Игру мне так испортишь! Не видишь, я тут страдаю и строю из себя мученика, я и так долго жду! Не вздумай мне все испортить! — Зашипел Митра на своего коллегу по цеху.
— Ладно-ладно, я так, на всякий случай, а то мало ли, что у них тут припасено. Да и вообще, где «спасибо за заботу, Имир»? Это так мило, что ты за меня беспокоишься! — Начал шепотом ворчать старик.
— Извини, это и вправду очень мило и совсем на тебя не похоже. У меня все в порядке, просто жду подходящего момента, чтобы напугать их до усрачки. — Сказал Митра и улыбнулся, показывая что у него не осталось ни одного зуба на своем законном месте, что вызвало истеричный припадок смеха у Имира.
— Ладно, страдалец, я тогда пошел, не затягивай тут, нам пора двигаться дальше. — Сказал Имир и провалился в тень.
На утро к лукасу пожаловали его знакомые мучители и, взяв его под руки, вновь куда-то поволокли. Идти он в принципе не мог, ведь одна его нога была сломана, а вторая вывихнута. Митру притащили в большое помещение похожее на лабораторию или мастерскую, тут было полно народа и все пялились на юношу, кто с наслаждением, а кто с жалостью. Так его снова встретил Святозар.
— Ну здравствуй, Лукас, выглядишь ты так себе. Но хочу тебе сказать вот что, больше бить тебя не будут, по крайней мере, если будешь слушаться, но и лечить тебя также никто не станет, так что больше не быть тебе прежним красавцем, когда заживут твои раны, лечить то больше будет нечего, и ты останешься таки уродом навсегда! Чтобы ты не ослушался, я запрещаю тебе лечить себя! Если хочешь, можешь попробовать, но тогда твой рабский ошейник сработает, и тебе оторвет голову. В общем, это наша артефактная мастерская, ты теперь будешь жить тут, твоей задачей будет зарядка целебных артефактов, манны у тебя много, вот ты и будешь тут как нельзя кстати до самой твоей смерти! — Весело смеясь сказал Святозар
— Зря ты так поступаешь, жрец! Этой ночью мне являлся бог! И он обещал покарать тебя, если ты меня не отпустишь! Он дал тебе лишь один шанс! — Угрожающе сказал жрецу юноша.
